Книга Искатель, 2011 № 08, страница 20 – Журнал «Искатель», Николай Новиков, Ирина Комиссарова, и др.

Таким образом, информация снималась с двух точек — сверху и со стороны ног лежащих на постели — и передавалась на цифровой тюнер, который я спрятал в нижнем ящике тумбочки, предварительно проверив, не там ли хозяин спальни держит презервативы. Там не держал, и значит, вряд ли полезет в этот ящик.

Работа заняла часа два, нетерпеливая и уже изрядно поддатая Лилия Георгиевна несколько раз поднималась в спальню, смотрела и уходила. Я установил режим видеовключения, памяти в тюнере хватало на восемь часов, аккумуляторов тоже, значит, можно было надеяться, что со своей задачей я справился. Правда, очень хотелось, чтобы работал напрасно. Ну, там — не приведет именно в этот вечер, именно в эту комнату незнакомый Григорий девчонку. Моя аппаратура не включится, а потом я откажусь от дальнейшего сотрудничества с Лилией Георгиевной. Пусть без меня решает свои семейно-деловые проблемы.

Я оповестил старушку, что работа закончена, попросил принести тряпку и тщательно устранил следы своей деятельности. Протер и предметы, на которых могли остаться отпечатки моих пальцев.

— Думаешь, сработает? — почему-то шепотом спросила старушка, когда мы спускались по лестнице красного дерева с резными перильцами вниз.

— Можете не сомневаться. Завтра в любое удобное для вас время я вернусь сюда и представлю вам полный отчет о том, что было в спальне. Горизонтальный и вертикальный вид.

— Спасибо, Андрей, ты настоящий мужик. Я как посмотрела на тебя, так сразу и поняла — такой не подведет. Встретились бы мы лет тридцать назад — быть бы тебе олигархом.

Я и тогда вряд ли согласился бы на эту роль. Но теперь слово «олигарх» неприятно резануло ухо. Значит, тот, против кого я воюю, — олигарх? А с ними шутки плохи...

— Ну а теперь коньячку хлебнешь? — спросила Лилия Георгиевна. — Настоящий, греческий.

Теперь можно было и хлебнуть, и я с удовольствием приложился к стальной фляжке, которая, похоже, заново наполнилась за время моей работы. Коньяк и вправду был хорош, и я хлебнул, не стесняясь.

На кухне мы выпили кофе, приправив его все тем же коньяком, а потом на лифте спустились в подземный гараж. Водитель Вася сидел в «Мерседесе», ожидая нашего появления. Лилия Георгиевна сказала, растягивая слова:

— Вася, Андрея домой, а потом и меня тоже домой. Мы тут были с сантехником, ремонтировали кран. Поехали.

Вася кивнул, подтверждая, что понял сказанное, и «Мерседес» выскочил из подземного гаража. На КПП никто не интересовался, что за человек выезжает из поселка вместе с Лилией Георгиевной, сантехник или сыщик, установивший видеокамеры в спальне ее терема, и мы без проблем доехали до моего дома в Крылатском.

К вечеру настроение мое окончательно испортилось, и даже приход Насти не поднял его. Скорее напротив, и тому были две причины — почему-то казалось, что из-за Насти я потерял осторожность и согласился на эту скользкую и опасную работу (хотя она, умная женщина, предупреждала меня!). И потом, ее тоже подвергал опасности. Теперь. Ну и чему тут радоваться?

Я сказал Насте, что очень занят, плохо себя чувствую, но мог бы и не говорить, она все поняла правильно, с тяжелым вздохом поцеловала меня и ушла. Может быть, навсегда. Для таких женщин, умных, богатых, красивых, бурная ночь ничего не значит. Было — было, как с парнем по вызову. Пришел, сделал свое дело, ушел — и нет его в ее жизни. Нужно будет расслабиться, найдет другого, их в Москве до черта. Правда, хотелось надеяться, что я для нее все-таки лучше, чем парень по вызову, и Настя думает, что таких в нашей столице совсем не до черта, вернее, всего один. Хотелось, я и надеялся, но только настроение почему-то не улучшалось.