Книга Искатель, 2011 № 09, страница 19 – Анатолий Галкин, Александр Юдин, Владимир Соколов, и др.

При входе начальства народ зашевелился, и через минуту к площадке перед кабинетом начальника собралась группа в мятых халатах неопределенного цвета. Ясно, что когда-то они были белыми, но эту форму выдавали на год и за это время никто и не собирался ее стирать...

Генерал сообщил всем о приходе нового сотрудника и в общих чертах похвалил его способности. Пипия говорил дольше, но еще более неопределенно. О том, что надо радушно встретить инженера Хилькевича, но не надо отвлекаться. Все должны работать как единый механизм, но каждый на своем месте. Вадим стоял в центре вроде свадебного капитана. Он благодарно кивал, когда хвалили его, и сурово напрягался, когда давались напутствия... Нет, тут нужен оперативник! У них актерские способности. Эти всегда выплывут на поверхность. Но им самые простые задания достались... Вот Кузькин сейчас на даче Бублика — отдыхай, любуйся природой, дыши воздухом.

Кузькин очнулся, когда стало тяжело дышать. Он понял, что сидит в кресле, что привязан к нему по рукам, по ногам и по груди... Кто-то с перегарным дыханием стоял сзади и шарил ручищами во внутренних карманах куртки, давя на грудную клетку.

Оперативники редко попадают под пули. Но на всякий случай надо беречь грудь, где сердце, артерии и аорты... Вместо бронежилета у Льва Львовича были две плоские фляжки с коньяком. Обе из нержавейки — одна в правый карман, а другая — в левый.

Перегарный мужик достал фляги и на этом окончил обыск. Ни пистолета не нашел, ни отмычек, ни удостоверения Службы особого назначения... И на том — спасибо!

Валера сел напротив и решил провести допрос по всей форме. Но вначале открутил крышечки и понюхал содержимое емкостей. Однозначно — коньяк!.. Но это на запах. Для точного определения надо пробовать.

В шкафчике нашлись три чашки. Значит, одна запасная.

Сторож налил по фронтовой норме и подвинул сосуд к Кузькину — пусть первым выпьет! А вдруг здесь отрава метиловая.

Лев добродушно улыбнулся и пошевелил пальцами правой руки. Это был намек на то, что очень неудобно пить, когда запястья примотаны к подлокотникам кресла... Валера намек понял! Он подошел, развязал у Кузькина правую руку и подвинул поближе кресло.

Охранник сел и опытным глазом глянул на плоские блестящие фляжки: «В каждой — меньше бутылки. Около четырехсот граммов. А значит, в двух — восемьсот!.. Если этот парень на машине приехал, то значит, он за рулем. И ему больше трехсот наливать нельзя... Ему триста, а остальное придется мне... Надо бы хоть какую закуску».

Взгляд у Валеры наткнулся на три конфетки под названием «Му-му». Порядок!.. Он подкинул закуску под левую руку Кузькина. А ручка-то привязана!.. Пленник опять улыбнулся и опять пошевелил пальцами. И снова сторож все понял без слов. Он встал и отвязал вторую конечность... Даже примотанный к креслу, Лев чувствовал пистолет под левым нижним ребром. Вот теперь он король положения, поскольку руки у него развязаны! Он в любой момент может вытащить ствол и отомстить за удар лопатой. Но сначала надо расслабиться и провести разведку.

И Валера не был настроен на конфронтацию. Раз образовалась компания, то надо друг друга уважать. После первой они поговорили о футболе, после второй — о женском поле, после очередной познакомились и почти побратались.