Книга Черный автобус. Мистика Ленинграда, страница 95 – Сергей Седов

— Я бы с радостью, но ты же слышала, они не поверят ни за что в жизни. Я и сам иногда сомневаюсь и задумываюсь: а не сошел ли я с ума часом?

— А ты правда его видел?

— Да, – тихо ответил Миша и как-то обиженно спросил: – Ты мне не веришь? Скажи, я не обижусь, я прекрасно тебя понимаю.

— Нет, я тебе верю, Миш. Но это так странно, просто мистика какая-то.

— Согласен. Именно поэтому я хочу сначала его сфотографировать. Сфотографировать его и эти рисунки, поймать с поличным и уже потом попробовать обратиться в милицию.

— А если они и тогда не поверят?

— Я не знаю, будем думать. Наверное, будет иметь смысл рассказать об этом другим людям, чтобы они знали.

— Наверное, – тихо ответила Маша. – Послушай, я еще хотела кое о чем тебя спросить, но только ты должен пообещать, что это останется между нами, хорошо?

— О чем? – Сердце Мише вновь сжалось.

— Сначала пообещай, что никому не скажешь!

— Хорошо, обещаю, что никогда и никому до конца своей жизни не расскажу об этом диалоге.

— Хорошо! – Маша засмеялась. – Слушай, я хотела тебя спросить кое о чем. Ты помнишь, что в следующую субботу в актовом зале будут танцы?

— Да, конечно, – взволнованно ответил Миша, уже не пытаясь скрыть тревоги в голосе.

— Ты только не подумай ничего такого, но я хотела спросить, а ты уже кого-нибудь пригласил?

— Я? Нет, еще нет.

— А ты уже знаешь, кого хочешь пригласить?

— Нет, если честно, я еще об этом не думал, но обязательно подумаю. Завтра. Люблю много размышлять на выходных.

— Ясно, – сказала Маша, и Миша буквально почувствовал, как она улыбается, – а что насчет Леши?

— Нет, если честно, я не знаю точно, но думаю, что он тоже никого пока не пригласил.

— Мне кажется, – таинственно сказала Маша, – он просто обязан пригласить Таню.

— Почему ты так думаешь?

— Я думаю, что она будет не против. Можешь так по секрету ему и рассказать. Если, конечно, он не пригласил кого-то еще.

— Нет, не думаю, – усмехнулся Миша. – Ты его знаешь, транзисторы и радиолампы его волнуют куда больше, чем танцы.

— Да, – засмеялась Маша, – ну ты все же ему скажи, намекни. Я думаю, что они прекрасно бы смотрелись вместе на танцах.

— Не обещаю, но я попробую, если разговор об этом зайдет, конечно.

— А разговор о танцах уже заходил?

— Нет, точно нет. При мне такого не было.

— А может, они с Димой говорили об этом без тебя?

— Сомневаюсь… С чего бы это? – обиженно спросил Миша.

— Я просто так спросила, – ответила Маша и, сделав небольшую паузу, продолжила: – Кстати, раз уж вспомнили про Диму, а что насчет него?

— Что?

— Он еще тоже никого не приглашал?

— Нет, хотя… – Миша призадумался. – Не знаю, он иногда может удивлять.

— Чем?

— Ну не знаю, просто иногда он удивляет, вот и все. Но я думаю, что он тоже никого не приглашал.

— А может, ему кто-то нравится в нашем классе и он это просто скрывает?

— Возможно, – призадумался Миша. – Вообще, Дима мне кажется довольно-таки сложным и непрозрачным человеком. Наверное, потому что он никогда не выражает своих эмоций. Бывает очень трудно понять, что у него на душе и что он думает на самом деле.

— А ты и правда очень наблюдательный. Я это тоже замечала.

Миша расплылся в улыбке и почувствовал невероятный прилив сил. Взяв телефон в руки, он опять затащил его к себе в комнату и, устроившись на полу, продолжил: