Книга Черный автобус. Мистика Ленинграда, страница 22 – Сергей Седов

— Малый проспект и угол Пятой линии…

«Что это? Кто-то шутит? Не похоже. Ребята на углу Пятой и Малого? Почему так далеко? Это невозможно. Да и что они говорят? Почему не ответили, что слышат меня, или что-нибудь еще?». Миша замер, повиснув на лестнице. Совершенно ошеломленный, он никак не мог понять, что нужно делать. Провисев так почти минуту, мальчик вздрогнул, когда его рация вновь зашипела и в эфире прозвучало:

— Угол Пятой линии и Среднего проспекта.

Чужой голос. Абсолютно чужой и незнакомый. Низкий мужской голос с какой-то едва уловимой неприятной хрипотцой. «Может, я поймал эфир радио? – подумал Миша. – Или, может быть, даже телевизора? Такое вообще возможно? Жаль, нет Лешки рядом, он бы точно объяснил…» Но если даже это возможно, зачем тогда по радио или уж тем более по телевизору называли бы улицы его родного района? Там обычно говорят о важных новостях, о политике. Нет, что-то здесь не то. Внутри мальчика все сжалось в предчувствии чего-то нехорошего. «Да нет, какая-то глупость, чего мне бояться?» – подумал Миша и тут же вздрогнул. Сигнал был намного четче и почти без помех.

— Угол Пятой линии и Большого проспекта.

Совсем рядом. Это что? Транспорт какой-то? Трамвай или автобус? Но Миша ни разу не слышал ни в одном из автобусов или трамваев, в которых ему доводилось ездить, чтобы так объявляли станции или остановки. Такое было только в метро. Да и нет никаких остановок на углах по указанному адресу. Рука, которой Миша держался за лестницу, начала неметь. Немного поразмыслив, Миша все же решил спуститься обратно на площадку. Пока он спускался, поймал себя на мысли, что ему и правда почему-то страшно. «Что за вздор? – поругал он себя мысленно. – Чего я боюсь, в конце концов, как какая-то малолетка?»

— Угол Большого и Седьмой линии.

Миша вздрогнул от неожиданности и рефлекторно прижался к стене здания. Его сердце бешено заколотилось. «Вот черт, совсем рядом, буквально за углом…»

— Днепровский переулок, дом два. Новиков Николай Алексеевич.

Миша вжался в стенку изо всех сил, присел на корточки и выключил рацию. Паника овладела мальчиком. Из арок донесся едва уловимый звук мотора, принадлежавшего не то грузовику, не то автобусу. Натянув кепку до самого носа, Миша съежился еще сильнее. В руках он сжимал выключенную рацию, молясь о том, чтобы этот ужас закончился. В его голове не было ни одной мысли, которая могла бы объяснить происходящее, лишь звон и четкое ощущение, что он стал свидетелем чего-то по-настоящему ужасного. Вскоре до него донесся звук ревущего мотора, который начал быстро удаляться и спустя пару-тройку секунд пропал. Ошеломленный Миша все еще сидел, прижавшись спиной к стене. Только через несколько минут ему стало легче.

Что это было? Почему ему страшно? Кто это? Зачем эти объявления улиц? Почему Миша поймал их на рацию? Все эти вопросы разом зазвучали в его голове. Переведя дыхание, юноша снял кепку и посмотрел наверх. Серое, занавешенное облаками небо и едва заметная за мутной пеленой луна. Все как обычно. Еще несколько минут Миша обессиленно сидел и просто смотрел в небо. Его потерянность нарушил звук быстрых шагов, доносившийся из арки. Немного придя в себя, Миша наклонился в сторону двора в ожидании гостя. Через несколько секунд во дворе появился Димка. Немного осмотревшись, он громко произнес: