Книга Черный автобус. Мистика Ленинграда, страница 148 – Сергей Седов

— Как твои дела в школе, сынок?

— Все хорошо, пап, – без эмоций ответил Миша. – Вчера была дискотека, мы с друзьями здорово провели время.

— Небось дергались под эту новомодную музыку, как умалишенные, – заметила мама, ставя яичницу перед сыном.

— Немножко, – согласился Миша. – А еще я закончил свою модель броненосца. Сегодня покрашу ее лаком и после проведу испытания на воде.

— Ты вчера очень поздно вернулся, – заметил отец, – постарайся так больше не делать. Ты еще недостаточно взрослый, чтобы аккуратно вести себя на дорогах, а я слышал на работе, что в городе в последнее время происходит много трагедий с участием транспортных средств.

Миша посмотрел на своего отца, как на слабоумного. Аккуратно отпив из кружки чай, он улыбнулся и покорно ответил:

— Конечно, пап. Такого больше не повторится.

Проведя за завтраком с родителями абсолютно пустую светскую беседу, Миша отправился к себе в комнату. Там он принялся наносить остатки водоотталкивающего лака, украденного из кружка еще в прошлом году, на модель броненосца. Стойкий и едкий запах лака ударил Мише в нос. Открыв форточку, он уселся на пол возле своей модели и провалился в воспоминания. «Она еще сказала, что рисует то, что никак не выходит у нее из головы, – проговорил про себя Миша, – а я дурак, подумал, что она рисует меня. – Миша вздохнул и подпер тяжелую голову рукой. – Какой идиот, ну надо же. У нее даже была его фотография, где он стоял возле рисунка на стене. Наверное, Таня распечатала большее количество экземпляров и один из них передала ей заранее. Ну конечно! Они в тот день стояли на первом этаже у столовой и не спешили подниматься в класс. Проклятье, да ведь Таня специально попросила Диму попозировать, чтобы сделать фото для Маши. Какой же я кретин, как же мне стыдно… – Мише стало невыносимо тяжело и обидно, и он завалился на незаправленную кровать прямо в одежде. – Сам виноват, ведь ничего не было в моей голове, ни доли влюбленности, но я сам себя накрутил и сам себя влюбил. Какой же это идиотизм! Надо это срочно прекратить», – подумал Миша и отвернулся к стене, укрывшись одеялом.

Через несколько минут в коридоре раздался телефонный звонок. Устало подняв голову, Миша встал и поплелся к телефону.

— Алло, – уныло сказал он, сняв трубку.

— Здравствуйте, а можно Мишу к телефону? – спросил знакомый до боли девичий голос.

— Привет, Маша, это я.

— Привет, прости, я тебе вчера так и не позвонила, хотела поблагодарить, но было слишком поздно. Мои родители точно стали бы задавать слишком много вопросов, а я даже не знаю, как им это все объяснить.

Миша снял телефон со стойки и по привычке занес его к себе в комнату, устроившись на полу.

— Я своим ничего больше не рассказываю. Все равно в этом нет никакого смысла.

— А как ты это выносишь? Я не могу, мне очень тяжело хранить в себе какие-то тайны, о которых некому рассказать. А тут такое…

Миша тяжело вздохнул в трубку, потирая висок свободной рукой, но так ничего и не ответил.

— Спасибо, Миш, вы с Димой вчера спасли мне жизнь.

— Да не за что, в общем-то, – так же устало ответил Миша, – обращайся, если что.

— И еще извини, пожалуйста, за то, что я тогда тебя обозвала, я просто сильно нервничала, ты же все понимаешь, на самом деле, да?

— Ну да, – ответил Миша, – не думай об этом, пустяки.