Книга Черный автобус. Мистика Ленинграда, страница 120 – Сергей Седов

— Разобрать? – воскликнул Миша. – Это еще почему?

— До начальства дошло, что мы там баловались с радиосигналами. Они очень боятся выхода на запрещенные законом частоты, из-за чего могут начаться серьезные проблемы.

— Да они с ума там все посходили? – вспылил Миша. – По ночам ездит маньяк на автобусе и давит своих жертв, а они выхода на запрещенные радиочастоты побаиваются?

— Это не все, я говорил с Захаром, – добавил Лешка, – ну ты видел его, высокий такой. Он сказал, что они тоже один раз случайно ловили эти оповещения. Ничего прямо он мне не сказал, но предупредил, что в это дело лучше не соваться. Одним словом, он намекнул, что само явление этих оповещений с названием улиц весьма старо по своей природе. И мы не первые, кто на это обратил внимание.

— И что же? Почему наши предшественники молчат?

— Строго говоря, – ответил Лешка, поправляя очки, – никого из них не осталось в живых. Они либо погибли при странных дорожно-транспортных происшествиях, либо просто пропали без вести. Создается впечатление, что мы живем в городе, у которого под покровом ночи скрыта одна ужасная тайна на четырех колесах. Тайна, о которой все знают, но по какой-то причине молчат и старательно скрывают любые упоминания о ней.

— Весьма сюрреалистичная картина, – заметила Таня. – Я до сих пор не могу поверить, что все это взаправду.

— Ладно, ну а какая хорошая новость? – спросил Миша.

— Я знаю, что за место изображено на этой фотографии. Захар подсказал. Это завод Козицкого на Пятой линии. Он там неоднократно бывал. Этот завод занимается сборкой радио- и телеаппаратуры. А человек на фото, вероятнее всего, бывший сотрудник этого завода. Ну или нынешний. А вот то, что он тебе являлся во снах, – факт, который добавляет еще больше тумана в эту и без того туманную историю.

— Таня, – сердито заметил Миша, – ну я же просил!

— Извини. Ну правда, извини, я не удержалась. От этого всего просто кровь стынет в жилах.

— Ты точно видел именно этого человека в своем сне? – настороженно спросил Леша.

— Да, – сухо ответил Миша, – сомнений нет.

— Что имеем к этому часу, – подытожил Дима, – усилитель нам недоступен, мы безоружны.

— Ну… у нас все еще остаются рации, – задумчиво сказал Леша, – раньше мы как-то с ними обходились.

— Раньше, – вмешался Миша, – в эфире не звучали наши фамилии, автобус не выезжал по наши души. Кто знает, быть может, мне остались считаные дни.

— Не говори так, Миш, – с сожалением произнесла Маша, – мы обязательно что-нибудь придумаем. В конце концов, можно просто запереться дома и никогда не выходить на улицу. Лично я бы так и сделала.

— Мы можем попробовать расспросить кого-нибудь на этом заводе об этих фотографиях, – сказал Дима. – Скажем, что для школьной газеты или что-нибудь еще соврем. А вот от идеи с проверкой теории Змея Горыныча я бы воздержался. Во всяком случае, сегодня.

— Дима дело говорит, – подтвердил Леша, – не стоит сегодня играть с огнем. Мы и так слишком уязвимы.

— Посмотрим, – сказал Миша, глубоко вздохнув.

— Тогда попробуем сходить до завода прямо сейчас? – сказала Таня, взглянув на часы. – Нужно управиться побыстрее, а после разойтись по домам до зловещего часа.

— Что мы в итоге им скажем? – спросил Миша. – Нас наверняка не пустит вахтер.

— Просто скажем, что делаем стенгазету об их заводе. Подготавливаем новую смену рабочим из молодого поколения. Здравствуйте, можно поговорить с вашим главным? Вот смотрите, у нас даже фото ваши есть, – начала паясничать Таня, демонстрируя свое актерское мастерство: – Ой, кстати, вы случайно не знаете, что это за мужчина на этой фотографии? А это, кстати, что за автобус с номером тридцать семь? Наверное, он развозит ваших рабочих по домам?