Книга Энигма, страница 50 – РуНикс

— Они заставили ее это сделать?

Он замер.

Карандаш, его рука, все тело, абсолютно все застыло.

Кончик карандаша прижимался к веку Салем.

Каз впервые встретился с ней взглядом с тех пор, как начал обводить ее контуры, и беззаботность на его лице сменилась чем-то суровым, напряженным. Тумблер щелкнул, и версия темного принца подземного мира, как Салем окрестила его, была в равной степени ужасающей и захватывающей.

— Кто?

Салем держала рот на замке, надеясь, что ее привычная методика выжидания сработает, хотя в прошлом и не получилось, и Каз не раскусит ее блеф и не поймет, что она ничего не знает. Она терпеливо ждала, внимательно наблюдая за его реакцией и микровыражениями, но он никак не выдал себя, не продемонстрировав ничего, кроме молчаливой напряженности.

Секунды превратились в минуты, ни один из них не нарушал тишину и не разрывал зрительного контакта. Салем поняла, что Каз не поддастся ее привычным методам. Судя по реакции, он отличался от остальных, и ей придется прибегнуть к другим способам, чтобы вытянуть информацию.

Салем прижалась к нему, сократив последние дюймы между ними, и сексуально, как ей казалось, взглянула на него из-под ресниц, не обращая внимания на то, что ее шея затекла, пока она смотрела снизу вверх.

— Скажи мне, – прошептала Салем, стараясь подражать томным голосам, которые слышала в фильмах. Это же чистая наука – более низкий тембр, хрипловатый тон, звук с придыханием, все это создавало соблазнительную комбинацию.

Уголок рта Каза дернулся.

— Мило. – Он постучал карандашом ей по носу, а затем провел им по шее, на этот раз не останавливаясь у края рубашки, а минуя его и обводя округлость правой груди, что Салем остро ощутила, когда кончик карандаша приблизился к соску, который торчал, точно маяк, зовущий корабль домой.

Каз остановился на самом краю ареолы, даже не подозревая об этом, и наклонился ближе, чтобы прошептать Салем на ухо, вливая голос прямо в ее вены, словно дозу наркотика, обрекая ее на зависимость.

— Я умею соблазнять гораздо лучше тебя, маленький аспид. Будь осторожна в выборе игр, которые со мной затеваешь.

Что-то завибрировало у ее бедра, и она слегка ахнула, не понимая, когда начала дышать так глубоко и почему закрыла глаза.

Вновь ощутив вибрацию, Салем подняла веки и увидела, как Каз достает свой телефон, на миг задержав взгляд на ее глазах, прежде чем перевести внимание на сообщение.

Стиснув челюсти, он провел рукой по ее длинным волосам, оттягивая их назад.

— Слушай меня, и слушай внимательно, – серьезно сказал он ей. – Если не хочешь себе навредить, больше не преследуй меня. Даю тебе еще один шанс.

И, не говоря больше ни слова, Каз отодвинулся, толкнул дверь и вывел гостью наружу, следом закрыв дверь за собой и оставив Салем стоять и гадать, что же, черт возьми, произошло за последние несколько минут.

— Я же говорил тебе, черт побери, не связываться со мной таким образом.

Каз вышел на поляну перед старым заброшенным зданием, чувствуя ярость, которая копилась в нем во время прогулки по лесу. На протяжении многих лет именно гнев ему давалось контролировать сложнее всего. Когда-то давно, в другой жизни Каз не раз попадал из-за него в неприятности. Единственное, что, казалось, помогало, – два совершенно разных вида искусств: то, где Каз оставался на одном месте и работал на холсте, и то, где постоянно находился в движении и смешивал боевые приемы. Каз регулярно тренировался в одном из спортивных залов города, радуясь возможности продолжать занятия и выплескивать агрессию, чтобы сосредоточиться на цели.