Книга Энигма, страница 149 – РуНикс

Но для Салем, изучающей паттерны поведения, это был вопиющий пробел.

Она закрыла последний дневник, и из него выпал небольшой листок бумаги. Салем подняла его и, развернув, увидела какие-то грубые наброски, но ни один из них не был достаточно четким, чернила и бумага выцвели. Перевернув листок, Салем заметила текст, написанный такими же выцветшими чернилами.

«Дорогой друг,

я вам верю. Местные уже говорили, что видели их возле маяка. Они носят плащи в ночи полнолуния, а перед Новым годом всегда происходит что-то дурное. Напишу, когда узнаю больше».

Еще больше выцветших слов.

Новый год.

Разум зацепился за эти слова.

Оливия умерла вскоре после Нового года.

Салем откинулась на спинку дивана и попыталась осмыслить происходящее.

Она уже знала, что на территории кампуса существовало какое-то тайное общество. Возможно, даже несколько. И судя по тому, что ей удалось выяснить, они действовали на протяжении многих десятилетий. Могут ли они иметь отношение к смертям, которые Салем сейчас расследует? Что, если так? Могли ли Оливия и Лаз погибнуть от рук кого-то подобного?

Салем открыла в телефоне сохраненные письма от Оливии и снова просмотрела их сквозь призму новых знаний, пытаясь понять, есть ли в них хоть какая-то зацепка.

Она медленно продвигалась по списку, стараясь не поддаваться эмоциям, которые грозились выплеснуться всякий раз, когда Салем смотрела на старые слова сестры, и изучала их с профессиональной точки зрения. Один абзац привлек ее внимание.

«Салем, не знаю, увидишь ли ты когда-нибудь эти строчки, но я верю, что только ты достаточно умна, чтобы понять их. Все вышло из-под моего контроля. Я совершила то, чего не должна была. Они заставили меня это сделать. Но теперь уже слишком поздно».

«Они заставили меня это сделать».

Новый год.

Фигура в плаще.

Маяк.

После всего этого Салем почти уверилась, что существует либо какая-то организация, которая довела ее сестру до самоубийства, либо серийный убийца, охотящийся на умных студентов. Она не знала о других учениках, может, они были связаны, а может, и нет. Но слова Оливии звучали в ушах.

«Они заставили меня это сделать».

В животе внезапно поселилось дурное предчувствие, внутренности скручивались в узел. В окружении дневников и писем, написанных почившими членами ее семьи, Салем понимала, что близка к разгадке.

И она намеревалась раз и навсегда выяснить, что произошло на самом деле.

Следующие недели прошли в суматохе нового распорядка.

Ночами Салем спала и лишь изредка видела сны, в основном полноценно отдыхая, окруженная теплом Каза, после того как он трахал ее до полусмерти, а затем ласкал и гладил так, что она обмякала.

Утром Салем просыпалась первой, отправлялась на прогулку и возвращалась с кофе для Каза и для себя, который они пили за разговорами, учась общаться друг с другом, что, по общему признанию, получалось у Каза гораздо лучше. Затем они экономили воду и принимали душ вместе, Каз обычно мыл волосы Салем, используя любой повод, чтобы прикоснуться к ним и поиграться с локонами. И уходил он раньше, чем она отправлялась на занятия.

Салем нравилась ее учебная программа. Она впечатлила профессоров, и те давали ей более сложные проекты, чем рассчитано на ее курс, и девушка с удовольствием бралась за дело, особенно ярко проявляя страсть к криминалистике. Хотя курс был сложным, Салем оставалась на высоте, преуспев как с лабораторными работами, так и с теорией, и с нетерпением ждала следующей недели, чтобы сдать экзамены.