Книга Рассказы, страница 630 – Тим Каррэн

Сестры накормили его отвратительным консервированным молоком, как это сделала бомжиха. Они с умилением тыкали в него пальцами, отмечая, какой он мягкий. Они укачивали его во сне и были совершенно очарованы, когда он улыбнулся им, проснувшись.

— Какое сокровище подарил нам Господь, — сказала сестра Миллисент. — Такая прелесть.

— Благословение, — добавила сестра Анжелина.

О, Малыш был именно таким. В этом не было никаких сомнений. Он опутал их своей паутиной так же уверенно, как паук муху. Они были его. Он стал их ангелом, и они ни на минуту не подозревали, какое чудовище скрывалось за его милой внешностью. Спасительной благодатью — розовой глазурью на торте — было то, что у них не было собаки. Обмануть собак с их острым чутьем было практически невозможно. Вот почему Малыш их ненавидел. Когда он станет править городом, то истребит их как паразитов.

В приюте было шестеро детей: двое младенцев, один малыш и еще трое в возрасте от четырех до двенадцати лет. Настоящий пир на любой вкус.

А аппетит у Малыша был поистине чудовищный.

В ту ночь он выскользнул из своей кроватки. О, он был хитер и скрытен. Из-за того, что он принял от двух пьяниц в аптеке, его мучила дьявольская жажда. Он пробрался в часовню и выпил алтарного вина. Содержание алкоголя в нем было не совсем таким, как ему хотелось бы, но он выпил его в огромных количествах, пока не насытился и не почувствовал легкое опьянение.

Затем он вернулся в комнату, где спали дети. Сначала он взялся за младенцев, задушив их и потягивая сладкое вино из их крови. С малышами проблем не возникло. Но с более старшими детьми пришлось повозиться. Он убил двоих, но они дрались, как тигры. Третий закричал, и Малыш сломал ему шею, вырвав горло и насытившись нежным мясом — самой редкой котлетой из всех.

Но тут пришли сестры.

В тот роковой момент сестры также подали голос в отчаянных криках. Анжелина, одна из благочестивых душ, поскользнулась на алой луже, простерлась на полу и испустила последний вздох, пораженная сердечным ударом. Малыш-монстр без труда покончил с двумя оставшимися — они даже не попытались защищаться. Часы напролет он пролежал среди их изувеченных тел, пожирая плоть до тех пор, пока не превратился в бесформенную массу жира, подобную трупной личинке, питающейся мертвечиной.

О, да! Теперь вся вселенная была его вотчиной.

Поглощая сочное мясо, он ощутил приближение новой линьки. От бесконечного пиршества его туловище раздулось настолько, что нынешняя кожа натянулась как струна. На этом этапе он становился крайне уязвимым: требовалось укрыться в темном углу и опутать себя паутиной для предстоящей метаморфозы.

К сожалению, спуститься в прохладные недра подвала оказалось выше его сил. Несметное количество жертв, детское мясо и винные потоки сделали свое дело — он погрузился в апатию. Даже движение когтистой лапы для захвата очередного куска требовало невероятных усилий.

Именно эта праздность стала его погибелью.

К тому времени, погрузившись в забытье от объедания и опьянения, он совершенно утратил воспоминания о судьбе несчастной женщины. Для него это было лишь мимолетным развлечением. Однако супруг ее, обнаружив окровавленные останки возлюбленной, хранил в сердце пламя мщения. С помощью четверых своих охотничьих псов (Босс уже вышел в отставку), он проследил зловещий след от норы до святых стен церкви, а затем до приюта.