Книга Рассказы, страница 575 – Тим Каррэн

Музыкально трепеща перепончатыми крыльями, он набросился на предложенные яства, оценивая их и с любопытством жужжа. Повелитель мух был эпикурейцем. Подача еды должна была радовать глаз и вкусовые рецепторы. Он ел не только ради пропитания, но и ради божественного удовольствия. Волосатыми черными пальцами, дрожащими от гастрономической эйфории, он вдыхал аромат еды в свои обонятельные рецепторы. Осторожно, почти чувственно, он протянул полый питательный хоботок, смакуя температуру и текстуру одного влажного кусочка. Насладившись, он с голодухи принялся слюнявить и всасывать в себя прелую человеческую кашу.

Молись, присоединяйся ко мне на этом грандиозном пиршестве, — искушал он Спаркса.

Вместе они предались обжорству. Губы Богоматери Червей были бархатистым тортом, ее вязкие глазные яблоки — сочными устрицами. Ее живот был щедро усыпан сочной лапшой и пухлыми сосисками, залитыми богатым, декадентским соусом. Мясо ребер было сочным и отваливалось от кости, легкие были пористыми от сладкого крема. Они слизывали ее помет, обгладывали приправленную вырезку, всасывали каждую каплю пряной подливки из ее живота, осторожно разгрызали нежные кости запястий, похожие на панцири фаршированных крабов, чтобы получить белую соленую нугу костного мозга. Ее мышцы были суши. Ее сухожилия — вяленой говядиной. Наконец, череп был вскрыт, обнажив фондюшницу мозга и все его маслянистые изгибы, которые таяли во рту, как заварной крем.

В тот день Спаркс стал единым целым с Повелителем. Он снизошел. Он воплотился. А потом, лежал на разбросанных остатках пиршества в бездумной, восторженной фуге, мухи легли на него мягким, шелковистым одеялом и усыпили.

* * *

Так могло продолжаться еще много месяцев, но всему хорошему приходит конец. Каким бы чарующим ни был макабрический симбиоз между его господином и величеством, почтенным и паразитирующим Повелителем Мух, постоянно увеличивающимся скоплением голодных, грызущих мясо мух и корчащихся личинок и дегенеративными услугами Спаркса, их верховного жреца, он закончился с появлением захватчиков.

О, как незаметно и бесшумно они спустились по лестнице в своих сверкающих оранжевых антирадиационных костюмах. Они несли винтовки. Они пробрались в личные покои Повелителя, не будучи должным образом объявленными. И там они нашли Повелителя мух и Спарка.

— Что это, черт возьми, такое? — спросил один из них; его лицо было непроницаемо из-за затемненного пластикового щитка капюшона.

Спаркс сердито покачал головой.

— Вам нельзя здесь находиться! Это святое место! Ваши нечистые глаза не смеют смотреть на Повелителя! Это запрещено! Только я ношу расколотую мантию Богоматери Червей! Только я говорю с его высочеством и ношу корону из костей!

Он был безумен. Грязный, деградировавший человек с багрово-красными кровянистыми пузырями вместо глаз, его одежда висела грязными лохмотьями, а длинная борода была перепачкана человеческим жиром и желтым костным мозгом. На нем была почерневшая, огрубевшая кожа трупа и сопутствующие ей мухи, а на голове — корона из костей пальцев, соединенных проволокой. Он пританцовывал, скалясь коричневыми, похожими на колышки зубами грызуна, человек-крыса прыгал и ползал по отвратительному лабиринту из костей, гнили, волос и остатков личинок.