Книга Рассказы, страница 447 – Тим Каррэн

— Я сделал это ради науки.

Риглер издал ворчливый звук, как будто это была самая глупая вещь, которую он когда-либо слышал.

— Расскажи мне о своей семье. Что насчет твоей мамы? Она хорошо готовила? Моя мама точно хорошо готовила. И мой старик тоже.

Панг вздохнул.

— Как это все время возвращаться к еде?

Риглер рассмеялся.

— Я… я не знаю. Я пытаюсь не думать об этом, но чем больше я отбрасываю эту мысль в сторону, тем больше я о ней думаю. Эй… подожди. Ты чувствуешь этот запах? Скажи мне, что ты чувствуешь этот запах, — он поднялся на ноги, нюхая воздух. — Жареный цыпленок! Боже, я чувствую запах шалфея и лимона. И… и картофель с маслом. Настоящее масло, как делала моя мама. И… черт, свежеиспеченный хлеб! Яблочный пирог и ванильное мороженое!

Панг был обеспокоен. Он продолжал думать обо всем, о чем говорил Слэйд, о том, что он выражал словами, и о том, на что он намекал.

Подумай! —сказал он себе, зная, что это никогда не было так важно. — Здесь есть какая-то закономерность. На улице было жарко. Коробка предложила вам прохладное место. Вы сходили с ума в лабиринте туннелей, и она дала вам эту комнату. Теперь Риглер голоден, и его манят запахи старомодного воскресного ужина.

— Я ничего не чувствую, — признался он. — Это у тебя в голове.

— Ты спятил.

Панг тоже начинал верить в это. Риглер был убежден в аромате еды. Он проследил его по комнате, остановившись у противоположной стене.

— Здесь! — сказал он. — Он самый сильный прямо здесь! Блин, у меня во рту все пересохло!

Он едва успел это сказать, как в двух шагах от него открылась круглая дверь. Прежде чем Панг успел подумать о том, чтобы остановить его, он вошел в нее.

— Быстрее! — крикнул он.

— Риглер, черт побери! Подождите! Оно играет с нами! Оно затягивает нас все глубже в лабиринт! Оно дает тебе то, что ты хочешь! Оно приманивает нас!

Но к тому времени он тоже прошел через дверной проем. У него не было выбора.

Он должен был следить за Риглером, который бежал по прямоугольному проходу, выходящему в большую комнату со сводчатым потолком. Там было светло. В центре стоял обеденный стол, уставленный канделябрами, сервировочными блюдами, тарелками, ложками и вилками. Хрустальными бокалами.

— Видишь? Видишь? Как я и говорил! — сказал Риглер, возбужденно открывая сервировочные блюда. — Все здесь!

И так оно и было.

Жареный цыпленок был пухлым и подрумяненным, из него текли соки. Картофель сочился золотистым нектаром масла. Буханки хлеба дымились. Яблочный пирог был горячим из духовки, на нем была корочка из коричневого сахара и корицы. Здесь были кувшины с чаем со льдом, лимонадом и ледяной водой.

Панг схватил Риглера, прежде чем тот прикоснулся к чему-то из этого.

— Подумай, — сказал он. — Это ловушка. Нет, подожди. Просто остановись и подумай на мгновение. Ты должен увидеть, как странно все совпадает.

Риглер посмотрел на него так, словно хотел ударить его прямо в лицо. На мгновение в его глазах мелькнуло понимание, что во всем этом что-то не так, но потом оно исчезло. Он оттолкнул Панга. Он не то, чтобы не верил тому, что сказал Панг, он просто не хотел в это верить.

— Ну же, Риглер… пожалуйста, просто подумай головой. Тебя приманивают, а ты на это ведешься. Неужели ты этого не видишь?

— Заткнись, — сказал он.