Книга Пир теней, страница 65 – Анви Рид

— Спасибо, Соно.

— За что, особенная?

Он давно не называл ее так, но сейчас из-за переполняющих чувств ему захотелось вновь вернуть эту добрую традицию.

— За то, что ты рядом.

— И всегда буду.

Соно улыбнулся. Он правда этого хотел: быть с ней, не оставлять ее одну, помогать, оберегать, заботиться. Но ведь скоро она найдет семью. Их пути разойдутся, и она забудет о нем так же, как и о тех ужасных семи годах, проведенных в клане. И правильно. Она должна начать жить по-новому. Юри обязана стать счастливой.

Улыбка так и не сошла с его лица. Он закрыл глаза и медленно провалился в сон. Ему снились Ренрис Бад и клан, полыхающий огнем, вместе с его горами, бараками, деревьями и дворцом.

Утром Соно проснулся оттого, что все тело затекло. Ему хотелось встать, размяться и по привычке пробежаться по смердящей улице, вдоль бараков, прямо к пристани. Подергав плечами, Соно проверил спину: вроде бы боль стихала. Сказать наверняка было сложно, потому что онемевшие ноги сейчас ныли сильнее. Юриэль еще спала. Во сне она развернулась к нему лицом и одной рукой обхватила его хаори. Соно не стал менять позу: не хотел ее разбудить. Все-таки Хикаро не просто так учил его выдержке и терпению.

Юри тихо посапывала. Соно надеялся, что ей снится хороший сон. Он аккуратно убрал упавшие прядки волос с ее лица и нежно коснулся щеки. Провел пальцами по темным бровям и погладил ее по голове. Он смотрел на нее не отрываясь, она была изумительно красива. Соно подумал о том, что даже эта рваная стрижка ей очень идет.

Он плохо умел стричь волосы, но Юри больше некого было об этом просить.

Крышка трюма открылась, и сонная Юриэль вскочила. Она не сразу поняла, где находится, и Соно, обхватив ее лицо, закрыл ей рот рукой. Обсуждая невкусный завтрак, причитающие моряки гремели ящиками. Убрав руки Соно, Юри попыталась всмотреться в щели между бочками, сквозь которые на нее падал солнечный свет. Ниджай аккуратно потянул девушку за плечо и приложил палец к своим губам, указывая, чтобы она вела себя тише.

— О, смотри какой кинжал. Заберу его себе.

— А я — вот эти штаны. Мои уже дырявые.

Соно подтянул ноги к себе, одновременно водя рукой по полу в поисках катаны. Куда деть мертвые тела, он еще не придумал.

— Там Линь вчера нес какую-то бочку. В ней что-то очень ценное, хочу найти и посмотреть.

В ту же секунду матросы стали отодвигать ящики, скрывающие Соно и Юри. Ниджай наклонился вперед, пытаясь спрятать за своей спиной Юри, но она, проигнорировав его, поравнялась с ним, выставляя вперед сжатые в кулак руки. Когда последний ящик был убран, Соно увидел одноглазого мужчину.

— А вот и наше сокровище, ребята. Девка и тот самый уродец, выдававший себя за Линя. Тащите их на палубу. Капитану понравится такая добыча.

Все готовились к трауру. И к коронации.

Никогда Юстин не видел, чтобы замок и столицу украшали в два цвета. Голубые праздничные ленты чередовались с черными похоронными — одновременно и жутко, и чарующе красиво.

Погребение состоялось накануне вечером, когда солнце уже медленно опускалось за горизонт, уступая место властной тьме. Горожане, одетые в черное, собрались у входа в замок. Они держали в руках белые георгины и ждали, когда их пустят к усыпальнице. Все жители Эверока любили короля и королеву, и весть об их гибели сильно ранила людские сердца — эверчане не были к этому готовы. Так же как и Юстин. Прошло уже четыре дня, а Иола с Адером до сих пор являлись ему во снах. Горько рыдая перед сном, терзаемый совестью Юстин молил лишь о прощении. Но пропитанные ароматом крови воспоминания каждый раз внушали ему, что он его не достоин.