Книга Пир теней, страница 17 – Анви Рид

Переминаясь на месте и постоянно оборачиваясь, она пыталась вырваться из этой толпы. Голоса становились четче, прикосновения — жестче. Рынок оживился, становясь реальностью, в которую затягивало девушку.

Чья-то рука легла на плечо Юри и с силой потянула на себя.

— Больно вообще-то! — зло крикнула она, поднимая глаза на высокого блондина.

Тот словно не услышал ее, а лишь поправил расстегнутую почти до пояса рубаху. От него пахло сладким медом и цветами. На лбу и носу блестели капельки пота, а в золотых спутанных волосах торчали засохшие цветы и маленькие веточки.

— Луксур? — теряясь в собственных догадках, протянула она.

— Если бы я был шлюхой, то предложил бы тебе свои услуги, красавица, но я, увы, не зарабатываю на жизнь такой благородной профессией. Ты потерялась, мышонок? — его сладкий голос тянулся как мед, струился сладостью и нежностью.

За широкой улыбкой скрывались белые зубы, а голубые глаза прожигали в Юри дыру.

Она опешила и неуклюже переступила с ноги на ногу. Она не понимала, почему он говорит с ней. Слышит ее. Видит ее. Испугавшись этого, она сделала шаг назад. Людские тела сразу поглотили ее, а грубые толчки выбили из равновесия. Повалившись на колени, она приготовилась встретиться с тьмой, потому что к головной боли вновь добавилось тошнотворное головокружение. Люди мельтешили перед глазами, коленями пиная Юри по лицу. Твердые подошвы обуви наступали на ее тонкие пальцы. Боль была невыносимой — казалось, что у нее ломаются кости. Тело тряслось, мысли ускользали, а густая, словно дым, тьма уже тянулась к ней по земле. И, сделав глубокий вдох, девушка погрузилась в нее, приготовившись вернуться назад. Туда, откуда все началось…

…Юри едва поднялась с кровати: тело словно закаменело. Кислорода не хватало, и, громко втянув как можно больше воздуха, она принялась стучать себе по ребрам. Режущий горло кашель вырывался изо рта. По щекам текли горячие слезы, а по мокрой от пота спине бежали мурашки. Сердце бешено стучало, отдаваясь барабанной дробью в ушах.

— Сон. Это был сон… — шептала она, успокаивая бурлящие мысли.

Теплые лучи солнца уже пробрались сквозь деревянные ставни и яркими полосами лежали на полу. Тяжело и неуклюже Юри шагнула на помятую льняную простыню, которая успела скатиться вниз. Подняв ее непослушными, ослабевшими пальцами, она подошла к окну, распахнула его и перекинула ткань через раму. Утренняя влажная свежесть мгновенно разлетелась по комнате, спускаясь вниз к полу. Праздничная ночь нового семилетия сменилась спокойным тихим утром. Громкие песни, свист и танцы, не дававшие заснуть, наконец утихли. Деревья и кустарники вокруг ее минки приветствовали Юри, покачиваясь из стороны в сторону, ветер играл с листьями, а те, как недовольная кошка, шипели ему в ответ. Размяв шею, девушка осмотрела руки и ощупала затылок, пытаясь найти место ушиба. Убедившись в том, что все в порядке, она стала копаться в воспоминаниях, думая об увиденном во сне.

— Мне нужно об этом рассказать, я не могу молчать.

И, собравшись с мыслями, она направилась к небольшому шкафу, в котором висела одежда.

— Господин уже проснулся? У меня для него срочные новости! — стоя у лестницы во дворец, сообщила Юри.

После бурной ночи в воздухе витал запах перегара, но бодрые, казалось, даже не ложившиеся спать смотрители молча ее пропустили. С ней вообще редко кто разговаривал: люди боялись узнать свое будущее или обнажить секреты прошлого. Думали, что она видит их насквозь. Остерегались встречи с ней глазами и лишний раз обходили стороной. Но один из смотрителей, поклонившись Юриэль, дал разрешение пройти.