Книга Общество забытых мучеников, страница 61 – Анви Рид

— Эбель сама мне все расскажет. Позже.

На самом деле Соль в этом сомневалась. Ведь про Реджиса Эбель явно умолчала. Но Соль не могла ее винить. Ей тоже многое приходилось скрывать.

— Окей… – Ноа почесал затылок и выругался на очередного толкнувшего его в плечо студента. – А как… ну… в зеркале…

— Эдвин, живо в класс! – скомандовал Джосайя.

— Я уже сказала, что все нормально.

— Но я же вижу, что… – торопился Ноа.

— Нормально, Эдвин.

Ноа тяжело вздохнул. Кивнул. И, не проронив больше ни слова, догнал свой факультет. Они скрылись в кабинете математики.

— В класс, Соль! – Джосайя стоял на месте и ждал, пока опустеет коридор.

Или ждал, когда оборвется последняя ниточка, связывающая ее с Ноа. Эбель говорила, что он намерен помешать им вести расследование, и Соль чувствовала это напряжение всеми фибрами своей души. Джосайя злился. И пыхтел от недовольства, как старый трактор.

— Хорошего вам дня, мистер Кэруэл, – улыбнулась Соль.

Ей хотелось понизить градус серьезности, а то еще секунда, и они сгорели бы, как в печке, словно Гензель и Гретель.

— Увижу рядом с Эдвином еще раз… – Джосайя был настроен иначе, – доложу обо всем директору. Ясно?

Соль громко сглотнула и, в последний раз посмотрев на профессора, шагнула в кабинет. Она успела соскучиться по тем временам, когда студенты Академии жили свою спокойную жизнь. Все изменилось. Соль не была к этому готова. Она не хотела, чтобы хрупкое равновесие, которое она выстраивала все эти годы, вновь нарушилось.

Соль сидела за партой и, заткнув уши пальцами, в который раз перечитывала абзац учебника, смысла которого все никак не могла понять. Не потому, что она была глупой, и не потому, что ей тяжело давались атомистика и материалистическая философия Демокрита, а потому, что позади нее сидела парочка. Они громко целовались – звуки напоминали чавканье коров – и шептались о вечере, который оба с нетерпением ждали.

— А то, что говорила о тебе Ребекка, правда? – спросила Лейла.

— Узнаешь сегодня после ужина, птичка моя, – ответил ей парень.

Соль редко видела его на занятиях, особенно на философии, но точно знала, что он с факультета помощников первых лиц. Там все были такими важными и пафосными, что от омерзения сводило челюсть.

— Ты всех называешь птичками? – мурлыкнула Лейла, и Соль чуть не стошнило прямо на учебник.

— А что? Не нравится? – пробормотал он в ответ.

— Я бы хотела быть кошечкой…

— Может, тогда помочишься в лоток и поскребешь вон тот угол? – повернулась к ним Соль.

Она устала это терпеть и сейчас была готова извергнуть на них весь свой гнев. Кудрявая афроамериканка Лейла сидела чуть ли не на коленях у парня с дебильной улыбкой. Он сразу заинтересовался Соль и, оттолкнув Лейлу, наклонился вперед.

— О, ты та самая новенькая с военной обороны?

— Я не собираюсь с тобой знакомиться, кретин.

— Я Ноа Эдвин. А как зовут тебя, прелестное создание?

Лейла закатила глаза и обиженно отвернулась.

— Кажется, тебе больше по душе общаться с птичками и кошечками. – Соль кивнула на Лейлу. – Я явно не похожу на питомца, но попробую выразиться на понятном тебе языке.

Ноа ухмыльнулся. У него были красивые зубы. Ровные и белые. А клыки как у вампира – вот-вот вопьются в шею.

— Закрой свой похотливый рот, – кинула ему Соль. – И ты тоже, – обратилась она к Лейле.