Книга Общество мертвых и исключительных, страница 142 – Анви Рид

Тимо задрал свитер и оголил торс.

— Нет… – Эбель шагнула назад и, чуть не упав, схватилась за стул.

На теле Тимо была одна огромная рана. Круг с шестиконечной звездой, похожий на те, что оставлял маньяк на своих жертвах. Только символ посередине в этот раз был другим.

— Я не понимаю… – Эбель закрыла рот рукой. – Он не мог.

Она не хотела делать больно Тимо, но теперь больно было ей.

— Реджис Фобс убил меня.

— Нет, – ужаснулась она.

— Да! Реджис Фобс убил собственного брата! – Тимо был в гневе.

Взгляд Эбель опустел, и, обняв себя руками, она села на стул. Тимо замахнулся кулаком и, ударив об стену, оставил на ней след. Затем схватился за одеяло и сдернул его с кровати, перевернул тумбочку, пнул стопку книг и, взяв с подоконника горшок с кладбищенской землей, швырнул его об пол. Осколки разлетелись по углам. Один из них поцарапал ногу Эбель.

— Я не верю, что ты связалась с ним! – Тимо подошел к ней так близко, что Эбель показалось, еще чуть-чуть – и он ударит ее. – Как ты могла?!

— Я не знала… – Эбель давилась слезами.

Ей было страшно. Ей было чертовски больно.

— Не приближайся к нему, он опасен. Слышишь меня?

Эбель боялась взглянуть на Тимо.

— Я не верю.

Тимо усмехнулся и сделал шаг назад. Он поднял руки, будто сдается.

— Ладно, – его голос стал тише. – Ладно.

Он подошел к окну и открыл его.

— Прощай, Эбель. И помни, что друг может оказаться врагом.

— Стой! – Эбель рванула к нему, но он уже успел испариться. – Тимо… Не уходи.

Внизу его не было. Были лишь глубокая ночь, играющий с листьями ветер и летучие мыши, охотящиеся на светлячков.

Утром Эбель чувствовала себя ужасно. Будто вместо Тимо в окно прыгнула она и, разбившись, собрала себя по кусочкам. Кусок не лез в горло. От запаха еды тошнило. Болтовня Соль не отвлекала, и даже шутки Ноа не казались ей смешными.

— У кого-то была бурная ночка? – пихнул он ее локтем.

Она поморщилась и ничего не ответила.

— Хоть бы прибрала комнату за собой, – сказала Соль. – Что вы такого там делали, что в стене пробили дыру? И с кем?

— У-у-у, да я тебя недооценивал, вишенка.

Эбель встала из-за стола и, как бы Ноа ни просил ее остаться, ушла. Выйдя из собора, она села на мокрые ступени. Моросил дождик. Почему-то часть украшений валялась на земле вместе с разбитыми тыквами. Кажется, вчерашняя вечеринка вышла из-под контроля.

— Эбель.

Она дернулась, услышав голос Реджиса. После вчерашнего она перестала доверять самой себе. Своим мыслям. Своему слуху. И уж тем более голосам в голове.

— Эбель, – голос стал громче, как и шаги.

Реджис топал прямо по лужам, стуча каблуками ботинок. Он сел рядом, и Эбель залилась краской. То ли от страха, то ли от стыда.

— По поводу вчерашнего…

Кажется, разговор будет коротким.

— Да, прости, что не пришла, – опередила она его.

— Наверное, у тебя были дела поважнее, – он сказал это таким неприятным тоном, что ей сразу захотелось врезать ему. – Но я не про это.

— А про что? – Эбель подняла на него голову.

— Ну, про то, что я говорил тебе.

— А что ты мне говорил?

— Я был пьян, поэтому нес полную чушь. Тебя, наверное, привел к нам в комнату Ноа? Но ты и его не слушай. Он всегда сначала делает, а потом думает.

— Я не была вчера у вас в комнате.

— Да, спасибо за понимание.

Кажется, Реджис подумал, что так она говорит ему: «Забей, все норм. Я сделаю вид, что ничего не слышала и не видела».