Книга Смерть под ореховым деревом, страница 23 – Анви Рид

— Вам приготовить в-в-ванну, хозяин? – Тауб споткнулся о ковер и чуть не упал.

— Схожу в городскую баню. – Герберт вытащил из комода подштанники и наконец вышел в коридор.

Ему хотелось поскорее покинуть этот безжизненный особняк, эту комнату с очередным мертвым телом.

— Кажется, у него и в этот раз ничего не получилось, – услышал он грустный вздох Тауба.

— Мгм… – И такое же грустное неуклюжее мычание Штиля.

* * *

Парк Майнштадта, граничивший с Гезельским лесом, был излюбленным местом горожан. Особенно в обеденное время, когда взрослые отдыхали от работы, а юноши и фройляйн, прогуливавшие уроки, прятались среди кустов и высоких деревьев. Герберт знал место, куда чаще всего сбегали от нерасторопных родителей малыши. Влекомые бархатным голосом, они шли слушать сказку, которая день ото дня разливалась по узким тропинкам.

— Так давно это было, – на лавочке у фонаря, скрытой в тени дуба, сидел старик, – что меня и в помине тогда не было. Легенда стара, как мой почивший дед. И страшна, как фрау Бюргер из булочной.

Дети, окружившие старика, громко засмеялись. Девочки в длинных шерстяных кафтанах и мальчишки в расшитых серебром камзолах жались друг к другу, пытаясь за желанием согреться скрыть свои истинные чувства. При свете дня страшные сказки были вовсе не страшными. Чудища оживают лишь ночью, но черт его знает… Может, в мире были и монстры, которые не боятся показаться на свету.

— Правил тогда в Майнштадте Вильгельм Первый. Великий король. Суровый. И была у него дочь – принцесса Луиза. Красива, словно бутон магнолии, чиста, словно первый снег, и нежна, как лоснящийся шелк… – Старик, замечтавшись, вскинул голову и посмотрел на серое небо. – И принцессу эту в жены взял один аристократ. Лощеный богач из семьи, приближенной к королю. Лучше партии для Луизы было и не сыскать. Но день их свадьбы омрачился страшной бедой.

Герберт оперся на мокрый после ночного дождя ствол дуба. Он слышал эту историю так часто, что успел выучить даже интонацию, с которой говорил старик.

— Явилась на празднество ведьма и наслала проклятие на всех женщин в роду короля. – Герберт шептал себе под нос, вторя каждому слову старика.

— За что? – выкрикнула самая смелая девочка. – За что ведьма так поступила с принцессой?

— Сыновья и муж ведьмы были убиты на войне. Ведьма винила во всем короля и оттого хотела, чтобы он мучился так же, как мучилась от потери она.

— Ох… – Девочка прикрыла рот рукой в шерстяной перчатке.

— Ведьма лишила Луизу ее красоты. Принцесса стала такой уродливой, что над ней смеялся весь двор, а сам Вильгельм отослал ее подальше от дворца. До сих пор никто не знает, где и как умерла Луиза, но известно, что все дочери в королевской семье отныне – изгои, обделенные красотой и любовью.

— А жених? – не унималась девочка. – Жених Луизы? Что стало с ним?

— Он пытался спасти свою возлюбленную, снять с нее чары. Но вот только ведьма была неглупа… – Старик наклонился к детям поближе. – Она сказала, что проклятие разрушится тогда, когда губ принцессы коснется поцелуй истинной любви.

— Но Луиза так и осталась страшилищем… – Девочка грустно опустила голову. – Значит, жених не любил ее вовсе?

— Не любил, дитя. Не любил… Оттого и чар снять не смог. И рассердил этим не только короля, но и ведьму, не терпящую лжи. Она наслала проклятие и на жениха.