Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 2, страница 65 – Жоубао Бучи Жоу

А затем…

— Молодой господин!!! – с неподдельной болью закричали люди срывающимися голосами. – Что же вы делаете?

Мертвец запустил пальцы прямо в рану на груди, затем, разрывая плоть, добрался до сердца, что недавно перестало биться, и неторопливо, цунь за цунем, вытащил его наружу.

Истекающее кровью сердце было охвачено золотисто-красным пламенем.

Это пылала сила духовного ядра Чу Сюня, последний отблеск гаснущей свечи.

— Возьмите… – Он поднял руку с горящим сердцем и вытянул ее вперед, повторяя: – Возьмите… Возь… мите…

Капли крови срывались вниз, превращаясь в цветки красной яблони, пылающие ярким, жизнерадостным огнем.

— Вам предстоит долгий и опасный путь. Моя жизнь подошла к концу, и эта мелочь – все, что я могу для вас сделать. Надеюсь… Надеюсь, вы доберетесь… целы… и… невредимы…

Мо Жань в ужасе глядел на происходящее у него перед глазами и чувствовал, как покрывается холодным потом.

Шрам… Этот шрам!

Он неожиданно вспомнил, что у Чу Ваньнина на груди, прямо напротив сердца… тоже есть шрам!

Императора Мо Жаня никогда не интересовало прошлое учителя, и он до самой смерти так и не спросил Чу Ваньнина, откуда у него шрам.

А в этой жизни он, пусть и хотел, не имел права спрашивать.

Совпадение? Или…

Разумеется, в данный момент у Мо Жаня не было возможности заглянуть учителю под одежду, чтобы проверить, на месте ли шрам. Оставалось лишь полагаться на свою память, из глубин которой тут же всплыли очертания бледного рубца в форме полумесяца. Рубец, без сомнения, тоже остался от удара острым лезвием, но, в отличие от раны мертвеца Чу Сюня, с виду не напоминал чудовищную кровавую дыру, оставленную безжалостно рвущими плоть пальцами.

Только этим шрамы и различались. Подумав так, Мо Жань облегченно выдохнул.

Разные по характеру, Чу Сюнь и Чу Ваньнин внешне были очень схожи, и оба разделяли убежденность в том, что «добродетельный муж думает о себе в последнюю очередь, а в первую – о других живых существах». А тут еще вдобавок ко всему этот шрам на груди… Вполне достаточно, чтобы вызвать некоторые подозрения.

С другой стороны, мягкий, человеколюбивый Чу Сюнь совершенно не был похож на жесткого и своенравного Чу Ваньнина, к тому же у молодого господина были жена и ребенок… Мо Жань и сам не знал почему, но в одном был уверен: если бы Чу Сюнь оказался предыдущим воплощением Чу Ваньнина или даже им самим, Мо Жань не смог бы этого вынести, его душа просто раскололась бы на части.

Рассказ об участи Линьаня, лишившегося защиты Чу Сюня, можно опустить.

Разумеется, Демонический Владыка и не подумал сдержать обещание. Как только опустилась ночь, в обреченном городе началась самая настоящая резня.

Мо Жань с Ся Сыни спрятались в маленьком заброшенном домике. Хозяин, видно, давно почил: мебель и посуду покрывал толстый слой пыли.

Плотно закрыв дверь, Мо Жань затворил все окна в доме, но оставил открытым маленькое окошко на кухне, чтобы через него наблюдать за обстановкой снаружи.

С улицы время от времени доносились душераздирающие вопли и зловещее чавканье.

Подхватив Ся Сыни на руки, Мо Жань усадил его на крошечную поленницу в углу, погладил по голове и сказал:

— Госпожа Восемнадцатая говорила, что мы сможем покинуть это место, как только расправимся с Демоническим Владыкой. Так что будь хорошим мальчиком, сиди пока здесь и жди меня.