Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 2, страница 209 – Жоубао Бучи Жоу

— Этого не может быть…

— Это он вернул тебя домой. Ты был без сознания, а у него совсем не осталось духовных сил, и он ничем не отличался от простого смертного. Он больше не мог использовать ни одну технику, не мог даже послать весточку на пик Сышэн. Все, что он мог, – это нести тебя на своей спине, шаг за шагом поднимаясь на гору по каменной лестнице…

— Нет…

— По лестнице длиной больше чем в три тысячи ступеней… Он… Он, который лишился всех своих духовных сил, до капли…

Мо Жань закрыл глаза.

И будто наяву увидел, как в ярком серебристом свете луны еще живой Чу Ваньнин, чьи некогда белоснежные одежды теперь покрывал узор из кровавых пятен, медленно поднимается по ступеням, которым не видно конца, а на спине у него – он сам, и в его теле едва теплится огонек жизни.

Этот человек всегда казался таким безупречным, отрешенным, недосягаемым.

Бессмертный Бэйдоу, Юйхэн Ночного Неба.

Горло Мо Жаня болезненно сжалось.

— Этого не может быть… – дрожащим голосом произнес он. – Как… Как он сумел?..

— Ага. – Сюэ Мэн застыл, глядя в пустоту красными от слез глазами. – Когда я увидел его, то подумал, что, должно быть, сошел с ума и мне это чудится. Потому что я тогда тоже подумал… – Из его груди вырвался судорожный вздох. – Как… Как он сумел это сделать?..

Мо Жань вдруг всхлипнул и, обхватив голову руками, принялся беспомощно бормотать:

— Это невозможно… Невозможно…

— На ступенях все еще видна дорожка высохшей крови – этим путем он нес тебя домой, – безжалостно продолжал Сюэ Мэн, чье сердце ожесточила злость. – Иди и взгляни, Мо Жань! Иди и посмотри сам!

— Этого просто не может быть!!!

Ошарашенный и напуганный Мо Жань внезапно вышел из себя. Он резко схватил Сюэ Мэна за ворот, рывком поднял с пола и впечатал спиной в стену. Лицо Мо Жаня в этот момент больше напоминало оскаленную звериную морду.

— Это невозможно, совершенно невозможно! Разве он мог меня спасти? Он никогда меня не любил, только презирал!

Пару мгновений Сюэ Мэн молчал, а потом его губы вдруг тронула печальная улыбка.

— Он не презирал тебя, Мо Вэйюй.

Влага на ресницах Сюэ Мэна блеснула в свете свечи, когда он поднял веки и устремил на Мо Жаня ненавидящий взгляд.

— Это я тебя презираю.

Мо Жань промолчал.

— Я презираю тебя. И старейшина Сюаньцзи презирает, и старейшина Таньлан… А как иначе? Кем ты вообще себя возомнил? – Сюэ Мэн почти выплюнул эти слова ему в лицо. – Чернь.

— Слушай, ты!..

Сюэ Мэн вдруг разразился смехом, а потом запрокинул голову и сказал, глядя в потолок:

— Мо Жань, единственным на пике Сышэн, кто признавал тебя и ценил, был наш учитель. Но вот как ты ему отплатил!

Он все смеялся, смеялся, смеялся, а потом вдруг закрыл глаза, и из них опять полились слезы.

— Мо Жань, – тихим, сдавленным голосом проговорил Сюэ Мэн, – твой братец Ся, мой учитель, он… Он мертв.

Мо Жань чувствовал себя так, словно его и впрямь укусила самая ядовитая змея на свете. Он дернулся, будто ошпаренный, и разжал руки, а затем в ужасе попятился, будто впервые не только услышал эти слова, но и понял их значение.

Все его тело била дрожь.

— Брат, – вдруг позвал его Сюэ Мэн.

Мо Жань отступил еще на шаг, но налетел спиной на холодную стену. Бежать и впрямь было некуда.

Сюэ Мэн наконец перестал плакать, но его голос звучал так равнодушно, будто внутри он уже был мертв.