Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 2, страница 204 – Жоубао Бучи Жоу

— Ши Мэй! Ши Мэй!

Мо Жань раз за разом выкрикивал имя друга, и его обсидиановые глаза горели, как звезды. Не обращая внимания на боль в груди, Мо Жань спрыгнул с постели, с широкой улыбкой на лице подбежал к Ши Минцзину и крепко обнял его.

— Как здорово! – кричал он, не в силах сдержать радость. – Ты не погиб! И я не погиб! Закончилось, все закончилось!

Раскол небес был самым большим бедствием его прошлой жизни. Тогда темная сила, явившись с высоты, забрала жизнь Ши Мэя и толкнула Мо Жаня на путь нескончаемых злодеяний.

После возвращения к жизни Мо Жань со страхом ожидал повторения этого бедствия. Он боялся, что вновь повторит те же ошибки и в итоге снова останется совсем один. Боялся, что опять пройдет по костям самых близких людей и окажется в пустынном павильоне Ушань в полном одиночестве.

Однако Небеса, видимо, решили вознаградить его за самоотверженность. Когда Мо Жань добровольно занял место Ши Мэя, готовый умереть за него, рисунок его судьбы изменился.

Теперь он больше не останется один. Люди от него не отвернутся, ему не придется под покровом ночи бежать в Лян-шань, и он не станет одиноким бродягой без друзей и семьи. Теперь это ужасное проклятие снято…

Мо Жань избавился от самого страшного кошмара своей прошлой жизни. Только теперь он мог считать себя по-настоящему переродившимся.

Мо Жань долго-долго сжимал Ши Мэя в объятиях, прежде чем наконец разжал руки. В его глазах фейерверками вспыхивало безграничное счастье, такое яркое, что они казались двумя кусочками ночного неба с россыпью сияющих звезд.

Ши Мэй же, совершенно обомлевший, так и стоял столбом до тех пор, пока Мо Жань с улыбкой не обхватил его за плечи и не вгляделся ему в лицо. Лишь тогда Ши Мэй наконец отмер и пощупал лоб Мо Жаня, после чего вдруг уперся ладонью ему в подбородок.

— А-Жань…

— Да-да?

Ши Мэй приподнял голову. Его губы тронула легкая улыбка, больше похожая на шрам, а в глазах стояли слезы.

— Какое счастье, что ты жив.

Мо Жань, улыбаясь, провел ладонью по его волосам, после чего схватил его за руку и сказал:

— Дурачок, ну что со мной могло случиться? Я же…

Продолжить он не успел. Кто-то вдруг откинул занавесь и решительно перешагнул порог.

— Сюэ Мэн?

«Маленький феникс» все-таки был до ужаса мелочным. Видимо, обиделся, что во время сражения в Цайде центром внимания стал «этот сукин сын», а не он, поэтому его лицо с плотно сжатыми губами и было таким мрачным. Видя, что Мо Жань пришел в себя, Сюэ Мэн сперва тоже на мгновение замер, а затем повернулся к Ши Мэю и спросил:

— Как давно он очнулся?

Поколебавшись, тот с некоторой тревогой в голосе ответил:

— Только что.

— Ясно, – отозвался Сюэ Мэн, по-прежнему избегая смотреть на Мо Жаня.

«Вот же дитя малое, – подумал Мо Жань. – Прославился кто-то, а не он – все, будет год дуться, будто ребенок, у которого отняли конфетку».

Впрочем, у самого Мо Жаня было такое прекрасное настроение, что ему совсем не хотелось цепляться к Сюэ Мэну, поэтому он с улыбкой произнес:

— Судя по всему, я проспал целую вечность. Кто меня сюда приволок?

— А кто это мог быть, по-твоему? – Сюэ Мэн заложил руки за спину и помрачнел еще сильнее. – Кто, кроме учителя?

— О!

Услышав его ответ, Мо Жань опешил. Перед его глазами замелькали какие-то обрывочные, неясные воспоминания. После пробуждения он был слишком взволнован и счастлив, поэтому произошедшее все сильнее размывалось в его памяти, и теперь ему было сложно понять, какие события случились на самом деле, а какие – лишь привиделись.