Книга Сумерки Баригора, страница 51 – Софья Соломонова

— Но все это не более чем его предположения. Северяне скрытны, они не доверяют чужакам и редко покидают Северные горы.

— А их магия может насылать на людей болезни? Смерть? – озабоченно поинтересовался Квентин.

— Я не знаю. Как я уже сказал, все, что у нас есть, – предположения человека, давным-давно воссоединившегося с Алором.

— Кавиц! – выругался Квентин. – И что же нам делать?

— Для начала вам стоит помыться и переодеться, ваша светлость, – Седрик картинно наморщил нос, – от вас за версту разит конем и потом.

Квентин снова выругался, но послушно покинул библиотеку, на ходу стягивая с себя дорожный сюртук.

— Лорд фон Аурверн прав, – произнес Регин, садясь обратно на свой стул, – нам нужен какой-то план.

— Уверен, мы что-нибудь придумаем. Тут еще осталась пара книг, где могут быть ответы.

Остаток дня прошел неспокойно. Квентин, озабоченный судьбой друга и темными делами, происходящими в королевских землях, нервозно мерил шагами коридор. В некромантском убежище ему нечем было себя занять, и собственная бесполезность приводила герцога фон Аурверна в ярость. Слуги прятались на кухне, не желая попасть ему под горячую руку.

Регин и Седрик оставались в библиотеке, пытаясь найти среди сотен хранящихся в ней книг хоть что-то, где упоминались бы жители Северных гор. Принесенные Квентином новости нарушили размеренный темп их работы, и теперь даже Регин стоял у книжных полок, пролистывая те книги, которые мог прочитать.

Казалось, вечер не мог стать более неспокойным, но вдруг, когда все уже собирались закончить дела и отправиться спать, все убежище огласил оглушительный, леденящий кровь вой, будто бы доносящийся из потустороннего мира. Через несколько секунд, которые все временные обитатели убежища провели в ступоре, вой сформировался в голос, в котором можно было узнать Альбрехта:

— Тревога! Вторжение! Тревога!

Регин и Седрик вылетели в коридор, где им открылась поистине ужасающая картина. Из стен у самого основания лестницы торчали костяные руки. То были не обычные руки, а жуткие нечеловеческие конечности с множеством сочленений. Пожелтевшие от времени кости, соединенные друг с другом при помощи металлических скоб, вытягивались и шевелились, подобно гигантскому червю. Всего рук было четыре, каждая заканчивалась костяной кистью. И каждая кисть крепко держала человека: две за руки и две за ноги. Фигура в темных одеяниях, скрывающих тело и лицо, дергалась, пытаясь вырваться, но костяные змеи держали крепко.

Первым опомнился Седрик:

— Кто это тут у нас?

— Посторонний, – отозвался Альбрехт, – пытался прокрасться внутрь.

Седрик подошел к темной фигуре. Та сделала еще одну безуспешную попытку вырваться и застыла, покорно ожидая своей участи. Седрик, почти на две головы превосходящий незваного гостя ростом, легким движением сбросил с его головы черный капюшон, скрывающий лицо.

Темная ткань упала на плечи схваченного человека и обнажила ярко-рыжие волосы, собранные в высокий хвост, и красивое женское лицо. Взгляд голубых глаз метался между пленителями.

— Кто ты такая и что ты здесь делаешь? – спросил Квентин, подходя ближе к пленнице. Его голос звучал спокойно, но лицо не оставляло сомнений в том, что он не пощадит незваную гостью, если та попытается оказать сопротивление.