Книга Сумерки Баригора, страница 183 – Софья Соломонова

Квентин остановился перед входом во дворец, тяжело дыша. Его левая рука безжизненно свисала, словно плеть, с пальцев на землю капала кровь, но герцог не обращал на это внимания. Его тело было напряжено, а взгляд разил сталью. К нему приблизился Мариус, весь залитый кровью и прихрамывающий, но живой. Продравшись через заваленную трупами площадь, до возвышения добрались и Регин с Реймондом. На фоне своих грязных, окровавленных и вымотанных соратников они выглядели невероятно бодрыми и свежими.

— Что дальше? – спросил Регин, тяжелым взглядом окинув трупы шаманов и их жертв на залитой кровью мостовой. Лицо принца сильно побледнело и приобрело легкий зеленоватый оттенок. Ему впервые пришлось видеть столько мертвецов.

— Нужно найти Вернона и Карандру, – прорычал Квентин, сплевывая кровавую слюну на землю.

— И Эсмеральду, – добавил Мариус, у которого на уме было одно.

— Как вы думаете, внутри еще есть северяне? – спросил Регин нервно.

— Вряд ли, ваше высочество, – ответил Реймонд, который, несмотря на все произошедшее, совсем не изменился в лице, – если и были, они бежали.

— Не думаю, что Карандра отступит так легко, – заметил Квентин, – нам нужно немедленно зачистить дворец.

— Само собой. Я останусь здесь и организую помощь раненым, – решил за всех Реймонд, – а вы берите тех, кто готов сражаться, и найдите короля.

Квентин молча кивнул и обернулся к своим войскам. Из тех, кто меньше всех пострадал, он смог собрать небольшой отряд человек в двадцать, во главе которого он сам, Регин и Мариус вступили во дворец.

Как и предполагал Реймонд, им не встретилось никакого сопротивления. Немногочисленные слуги, очнувшиеся от вызванной порчей летаргии, с криками разбегались при виде окровавленных людей, не особо разбираясь, кто перед ними. Несколько северян, поставленных охранять коридоры, были застрелены солдатами Квентина издалека.

Отряд рыскал по дворцу в поисках Вернона и Карандры, но большая часть роскошных комнат была пуста. Обыскав все помещения первого этажа и добив оставшихся северян, баригорцы поднялись на второй. Их встретил пронзительный женский крик, доносящийся из-за закрытых дверей тронного зала:

— Вернон, что происходит?!

— Эсме! – воскликнул Мариус и, забыв об осторожности, ринулся вперед.

Принц Северной Арагвии пинком распахнул двери и ворвался внутрь. Остальные следовали за ним.

Увидев залитого кровью идола, торчащего прямо из выложенного паркетом герба Баригора, все на мгновение замерли, потрясенные таким кощунством. Идол, уменьшенная версия уничтоженного Седриком, сочился тьмой, которая, подобно туману, окутывала все вокруг. Тьма оказалась настолько плотной, что стоящие у входа едва могли разобрать, что происходило в центре зала.

Карандра стояла у подножья идола. Ее и без того морщинистое лицо сморщилось еще больше, искаженное нечеловеческой яростью. Правой рукой она сжимала ритуальный костяной клинок, а левой крепко держала изо всех сил пытающуюся вырваться Эсмеральду. Роскошное платье принцессы испачкалось и было порвано в нескольких местах, по лицу девушки текли слезы, черные из-за размазавшейся подводки.

— Вернон, помоги мне! – кричала Эсмеральда срывающимся голосом, протягивая свободную от хватки Карандры руку к брату.

Тот стоял всего в нескольких шагах от нее. Лицо короля было совершенно пустым. Он держался руками за голову, вперив взгляд в Карандру и Эсмеральду. Тьма окутывала его ноги почти до пояса, будто пытаясь поглотить.