Книга Геворг Марзпетуни, страница 83 – Мурацан

«Неужели он сейчас придет ко мне, как к своей царице, как к супруге своего государя? Неужели он не знает, что я больше не имею права носить это имя, раз царь оскорбил и презрел меня?..» – думала царица. Может быть, ей лучше уклониться от встречи с ним.

Но разве это было возможно? Разве она не считала минут, когда получит сведения из Утика? Разве она не хотела расспросить о царском походе?

Когда прислужница доложила, что князь Марзпетуни и сепух Ваграм просят разрешения войти, она смутилась и не знала, как ей поступить.

— Пусть войдут, – сказала она наконец прислужнице. Но когда та пошла к двери, приказала ей вслед: – Нет, нет, пусть войдет только князь.

Сердце ее забилось.

Она посмотрела на себя в зеркало из полированного серебра. Лицо ее изменилось до неузнаваемости.

В ней боролись два чувства: достоинство царицы и самолюбие жены. Оба одинаково справедливые, и оба одинаково сильные. Одно из них должно было победить, но сколько еще волнений предстояло!.. «Какую-то весть принесет мне князь?» – думала она, и эта мысль заставляла еще сильнее биться ее сердце. Ей хотелось услышать, что государь победил, что восстание Амрама подавлено, что войска царя вновь заняли Утик и севордские земля. Это польстило бы ее царскому самолюбию. Победа собрала бы вокруг царя упавших духом князей, вселила бы в них бодрость и воодушевление. Тогда против востикана выступило бы большое войско, с помощью которого взяли бы Двин и освободили патриаршие покои.

Все это было так.

Но когда она вспомнила причину восстания Амрама и подумала, что победа над ним только укрепит царя в его заблуждении, что он, завоевав страну севордцев, еще чаще будет навещать княгиню Аспрам и совсем забудет ее, свою супругу… тогда ей от души захотелось, чтобы Марзпетуни привез весть о поражении царя. Если это случится, Утик и Севордское ущелье станут навсегда недоступными для Ашота Железного.

«Может быть, ценой этой жертвы я вновь обрету свое потерянное счастье… Может быть, он почувствует, что господь покарал его за грешную любовь, и снова вернется ко мне, к своей жене и царице, к той, которая так горячо его любит и живет единственной надеждой вновь соединиться с ним!..»

Царица была погружена в эти мысли, когда прислужница доложила, что князь ожидает ее. Царица вышла к нему одна.

Князь Геворг, стоявший у входа, низко поклонился и приблизился, чтобы приложиться к ее руке.

Серьезное лицо князя успокаивающе подействовало на царицу.

— Мы долго ждали тебя, князь. Ты, конечно, привез нам радостные вести, – сказала она с холодной улыбкой, садясь в кресло.

— Радостные вести? Да, я хотел бы не быть вестником несчастья, но бог…

— Что ты должен возвестить? – тревожно спросила царица, устремив глаза на князя.

— Царь в безопасности. Мы должны возблагодарить бога.

— Что это значит, князь? Царские войска разбиты? Амрам победил?

— Он не победил, но мы потерпели позорное поражение.

— Не понимаю тебя.

— Амрам осадил нас в ущелье. Государь спасся бегством, и между войсками не произошло сражения.

— Расскажи подробнее, – приказала царица.

Князь стал рассказывать все по порядку: о своих воззваниях к князьям, о том, как царь собрал войско; поведал историю неудачного похода, скрыв, конечно, все то, что могло доставить ей огорчение как царице и жене.