Книга Сердце ведьмы, страница 119 – Марина Колесова

— Это что такое? Милорд, ваши конюшенные с ума посходили? Как так можно привязывать коня на жёстких удилах и растяжках? – раздражённо выдохнула Миранда и рванула дверь денника.

Войдя к коню, она первым делом ободряюще похлопала его по шее, шепча: «Потерпи чуть-чуть, малыш. Сейчас я всё исправлю». Потом принялась отвязывать поводья и сняла удила. Конь дрожал всем телом и, как только почувствовал, что может шевелить хотя бы головой, уткнулся лбом ей в плечо и потёрся.

— Не за что, мой хороший… Сейчас всё хорошо будет, потерпи ещё немного…

— Миледи, не надо! – герцог вошёл следом за ней в денник. – Развязывать ему путы должны конюхи!

Аякс, увидев его, нервно всхрапнул и дёрнулся всем телом.

— Вот видите! – герцог жёстко взял Миранду за плечо. – Конь пока не в адеквате. Я прикажу больше его так не связывать и накажу тех, кто так жёстко с ним обошёлся, но лезть ему под копыта вам не позволю! Поэтому выйдите из денника! Немедленно!

— Милорд, поверьте, просто поверьте. Он напуган, и любой конюх его сейчас разозлит. У меня, наоборот, есть возможность сейчас его привязать к себе, чтобы потом именно мне он был благодарен и слушался. Выйдите, прошу… Я не рискую абсолютно. Поверьте, он не сделает мне ничего, – Миранда схватила герцога за руку и просительно заглянула в глаза.

— То есть когда я прошу вас мне поверить, вы впадаете в истерику, а вам, миледи, я верить должен… – глядя ей прямо в глаза, герцог иронично усмехнулся.

— Я сейчас, конечно же, отсюда выйду, чтобы не дать вам повод заставить меня сделать то, что претит мне по определению и что я воспринимаю как очень жестокое унижение, милорд, – взгляд Миранды заледенел, и она отпустила руку супруга, – но это означает, что коня вам придётся прирезать. У него пограничное состояние, и сейчас или вы разрешите мне его развязать, либо я уйду, и делайте с ним, что хотите. Это в вашем праве…

— Чёрт, ты умеешь убеждать. Ладно, не волнуйся, не стану больше возвращаться к этой теме. Видно, и впрямь ты сильным унижением это считаешь. Так что успокойся, больше даже намекать на это не стану. А сейчас можешь остаться, но развязывать ему путы буду я. Убьёт, так пусть меня. Не в моих правилах под удар свою супругу подставлять, – герцог, склонившись, начал решительно отвязывать копыта коня от колец, вкрученных в пол.

Миранда тем временем обхватила шею коня и, нежно поглаживая, начала шептать на ухо: «Стой смирно, мой хороший! Не шевелись! Тихо, тихо, потерпи немного, и всё будет хорошо…»

Как только герцог отвязал последнюю ногу и выпрямился, Миранда повернулась к нему:

— Вы нам разрешите пройтись по двору, милорд? Вот гарантирую, он будет хорошо себя вести.

— Если не верхом, а просто поводишь и пообещаешь отскочить, если вырываться станет, то поводи. Только как без узды водить будешь? – удивлённый тем, что конь стоит абсолютно смирно, негромко проговорил герцог.

— На него нельзя сейчас узду надевать, ему десны и губы уздой порвали… Пока не заживут, нельзя… Он так со мной походит.

— Даже удавку на шею накинуть не желаешь? Хотя тебе её и не затянуть, сил всё равно не хватит… Ладно, води, как хочешь, но если выкрутасничать начнёт, отскакивай и под копыта не лезь, его и без тебя найдётся кому заарканить и обратно в стойло поставить. Обещаешь? – герцог испытующее посмотрел на неё.