Книга Радиоволна, или Соло втроем, страница 88 – Марина Колесова

— Хорошо, Марк. Без проблем.

* * *

С этого момента с психиатром у нее установились достаточно дружеские и непринужденные отношения, а постепенно и с остальными обитателями, которые в свою очередь всячески старались ей угодить. И пребывание на вилле перестало раздражать и нервировать Маргариту, превратившись в приятное времяпрепровождение.

К моменту рождения ребенка она уже привыкла настолько, что ей начало казаться, что живет она здесь давным-давно, да и всегда жила именно здесь.

Роды под наблюдением заботливого врача и акушерки прошли у нее без осложнений. Родившуюся девочку моментально окружили акушерка, кормилица, нянечка и медсестра и под восторженные причитания о том, какая она замечательная милая и красивая малышка унесли в детские комнаты.

— Вы даже не предложили мне подержать ее, – Маргарита с укором посмотрела на оставшегося с ней врача.

— Вы устали, миссис. Зачем Вам её держать? – удивился тот. – Особенно в свете того, что кормить Вы её не собираетесь, Вам первые дни, пока молоко не перегорит, вообще нужно минимизировать общение с дочерью.

— Вы так считаете?

— Конечно. Вы главное не волнуйтесь. Ваша дочь в надежных руках, и уход за ней будет тщательным и высокопрофессиональным. Так что все будет хорошо.

— Вы уверены?

— Без сомнения, – улыбнулся врач, и Маргарита облегченно вздохнула.

С одной стороны её и саму не очень тянуло к рожденному ею комочку жизни, доставившему ей только что столько боли, но мысль о том, что это её обязанность как матери заставляла предпринимать попытки что-то сделать в этом направлении. Поэтому слова врача она радостно восприняла как индульгенцию, позволяющую ей не особо озадачиваться всем этим.

— Вы уже решили, как назовете дочь? – поинтересовался перед уходом он.

— Екатерина.

— Хорошо, тогда я завтра оформлю на нее свидетельство.

— Спасибо, Вы очень любезны, – поблагодарила Маргарита и как только за врачом закрылась дверь, в изнеможении откинулась на подушки и закрыла глаза.

Несколько дней она провела в своих комнатах, мучаясь от слабости и от приливов молока так, что даже почти не вставала с постели. Пару раз она просила принести дочь, но Марк, вторя врачу, отговорил ее, убеждая в том, что все с её ребенком хорошо, и ей сейчас надо в первую очередь восстановиться самой.

К концу недели она не выдержала и, мучимая совестью, что даже не навещает дочь, отправилась в сопровождении Марка в детскую.

При их появлении кормилица, полная улыбчивая женщина лет тридцати, которую звали Анна, кормившая в этот момент малышку, поспешно отняла её от груди и неловко пытаясь прикрыть грудь расстегнутой кофточкой, повернулась к ней:

— Вы хотите взять ребенка?

Ответить Маргарита не успела. Обиженный крик дочери, не понявшей, почему её неожиданно лишили источника пищи, заполнил детскую.

— Нет, нет, я попозже зайду. Кормите, – тут же ретировалась Маргарита.

В течение дня она сделала еще несколько попыток зайти, но дочь то спала, то снова ела, и кроме того, как понаблюдать за ней издали Маргарита не решилась ни на что. Она попыталась узнать у нянечки распорядок дня дочери, но выяснилось, что в соответствии с распоряжениями врача, никакого распорядка нет, его устанавливает сама малышка.

На некоторое время она оставила попытки пообщаться с дочерью, а когда возобновила, неожиданно для себя выяснила, что не знает что делать с младенцем и, держа на руках, с первой минуты начинает ждать момента, когда передаст мирносопящий или же хуже того кричащий сверток обратно кормилице.