Книга В плену королевских пристрастий, страница 191 – Марина Колесова

— Оставь, Малыш, – прикрикнул на пса Грегор. – Нельзя!

Однако пес не обратил ни малейшего внимания на его окрик и в следующее мгновение Грегор понял почему. В неверном свете своего фонаря он увидел лежащую без движения на земле Алину. Ему стало ясно, отчего пес бился в бессильной ярости, и почему теперь, когда он добрался до обидчика своей хозяйки, остановить его будет очень непросто.

В это время во двор выбежали работники, кто с вилами, кто с топором, и замерли с фонарями в руках, не зная, что делать, и лишь наблюдая, как пес рвет руки своей жертвы, пытаясь добраться до шеи.

Грегор не стал больше пытаться остановить пса. Он поставил фонарь на землю рядом с лежавшей девочкой и, склонившись над ней, приподнял ее голову. На ее шее виднелись отчетливые синяки, было похоже, что ее душили, однако сейчас она еле заметно дышала.

— Алина…

Грегор осторожно похлопал ее по щеке, и она тихо застонав, открыла глаза.

— Как ты, девочка?

— Он сбежал? – еле слышно, прошептала она.

— Ну что ты. Его твой Малыш сейчас ест. Скоро сожрет совсем, – Грегор усмехнулся. – Слышь, орет как?

Алина вздрогнула, приподнялась и, собравшись с силами, громко и отчетливо приказала: – Малыш, нельзя!

В то же мгновение пес разжал хватку и замер над поверженным врагом, лишь грозным рычанием обозначая, что подняться ему, без приказа хозяйки не позволит.

— Ты что же не позвала никого? – Грегор осторожно усадил Алину.

— Я увидела его, когда он уже из дома выбирался. Если бы я кричала, он бы сбежать успел. Он знал, где цепь у Малыша кончается… Я хотела заставить его поближе к нему подойти, но сил у меня не хватило…

— Что ж твой Малыш не лаял?

— Он никогда не лает. В монастыре лаять нельзя.

— Ну спустила бы его тогда… Зачем самой-то было лезть?

— Как я могла? – девочка недоуменно посмотрела на него. – Я же пообещала, что не спущу.

— Да уж… – только и смог проговорить Грегор.

В это время из дома с фонарем выбежала Римма и метнулась к ним:

— Господи, что тут у вас произошло?

— Да вот, вора поймали, – Грегор кивнул на скорчившегося на земле и тихо стонущего человека, с разодранных рук которого текла кровь, и рядом с которым замер ощетинившийся Малыш.

— И что он украл?

— Не знаю еще.

— Вон, мешок его валяется, – кто-то из рабочих кивнул на лежащий у забора мешок.

Грегор подошел к мешку, поднял, развязал и даже присвистнул от неожиданности:

— Да уж, женушка… тут и твоя шкатулочка и все мои деньги… Знатного мы, видать, вора поймали.

— Может помочь ему? – несмело спросила Римма, глядя на окровавленные руки пойманного вора, – а то вон как пес ему руки погрыз… помрет еще…

— Да ему руки вообще откусить не помешало бы… нечего тебе с ним возиться, с ним работники займутся.

— А они смогут? – Римма недоверчиво взглянула на мужа.

— А чего тут мочь? Замотают ему руки чем-нибудь, чтоб кровь остановить, и свяжут покрепче, а с утра пораньше я его к графу отвезу, и пусть у него в подвалах с ним разбираются. Лечить ему руки надо или вообще по самую шею отрубить. Ты вон, девочке лучше помоги, он чуть не придушил ее

— Он душил тебя? – Римма испуганно склонилась к Алине. – Ой, бедненькая моя, синяки-то на шее у тебя какие… пойдем скорее, мазью намажу тебе. У меня есть мазь на травах, старушка мне одна дала, синяки враз проходят, пойдем скорее, моя хорошая, – Римма помогла Алине подняться и увела в дом.