Книга В плену королевских пристрастий, страница 116 – Марина Колесова

— Прекрасно, Гертруда, теперь Вам только остается постараться простить и начать самостоятельную жизнь, Вы сами поймете, что она после этого станет намного легче.

— О чем это ты?

— Вся Ваша жизнь была посвящена сбору, даже коллекционированию обид и стараниям отомстить и хоть как-то расплатиться за них. Нельзя посвящать этому жизнь. Артур не принадлежит Вам, вернее перестал принадлежать после той вашей ссоры, так отпустите его из своей души, его не трогают Ваши попытки расквитаться с ним, те Ваши слова для него были единственной монетой, что он принял от Вас. Теперь уже даже ваши смерти ничего не изменят, смиритесь, простите и начните жить сама.

— И что же я должна простить?

— В первую очередь то, что он не простил Вас. Вы должны в душе согласиться, что он имеет право на отдельную от Вас жизнь.

— Он и так ее имеет.

— Имеет, но Вы считаете, что это несправедливо, что этим он обижает Вас, и кроме этого не видите ничего, даже сыновей. Смиритесь и согласись с тем, что это его право жить так, как ему заблагорассудиться. Пусть сам разбирается со своей жизнью, а Вы разбирайтесь со своей. У Вас, между прочим, не самый худший вариант: Ваш супруг в Вашу жизнь почти не лезет, а могло бы быть совсем иначе. Он бы и свою жизнь вел, как хотел, и Вашу под себя строил… Это бы было еще хуже.

— Нет, не хуже, – в глазах королевы сверкнули слезы, – ты не поверишь, но я мечтала, чтоб он застал меня с любовником, избил бы и заставил бы быть верной ему. Пусть бы бил, контролировал, запирал, только не это равнодушие. Он выбросил меня из своей жизни, как грязную и ненужную тряпку. Да я бы согласилась ноги его любовницам мыть, лишь бы быть рядом с ним… Я не могу его отпустить… не могу… и в то же время сегодня, там, во дворе я поняла, он не позволит мне этого… поэтому и хотела отравить его… подумала: все, не могу больше, и пусть будь дальше, что будет… а теперь понимаю, что легче бы мне не стало… и действительно Бенедикт с Лидией уничтожили бы и сыновей, и меня…

Королева помолчала немного, потом спросила: – Ты думаешь, я смогу жить, не оглядываясь на него?

— Сможете. Дело себе найдите и сможете.

— Какое?

— Я уже советовала. По селам прокатитесь, а еще лучше на рудники поезжайте или в лечебницах милостыню раздайте. Увидите столько человеческих страданий и горя, что своя боль сразу по сравнению с этим совсем других размеров покажется.

— Хочешь, чтоб я себя с чернью сравнила?

— Считаете, они из другого теста вылеплены, не чета вам? Какое Вам дело до их страданий? А они такие же… только при рождении Господь им дал меньше. Вот и вся разница. Ваш младший сын, хоть и высокородный, а тоже посреди черни живет, и страданий хлебнул столько, что Вам и не снилось. А Вы все себя жалеете. Никогда не задумывались, как ему живется?

— Где он?

— Не скажу. И ему окончательно жизнь сломаете и себе. Если все это вскроется, даже я вряд ли смогу помешать Артуру вас обоих на эшафот отправить. Жалейте всех убогих, может, и ему невзначай поможете…

— Ты мне всю душу сегодня переворотила, мне так больно и плохо…

— Это как нарыв вскрыть, всегда больно… подумайте над всем этим на досуге, Вам решать: лечить Вы свою душу дальше будете или оставите гнить в собственных грехах, обидах, да желаниях отмщения… И еще молитесь и кайтесь. Господь дает сил тем, кто хочет душу свою от скверны очистить и путь истинный найти.