Книга Замок из дождя, страница 11 – Сеславия Северэлла

— Ну, вот и чудно, – проговорила воодушевленная Ирина Михайловна, – а теперь, господа, пожалуйте за стол. Анна, зови свою сестру, Юлию и Павла.

Павел вошел последний на веранду, где все уже сидели за столом. Он помог сесть на стул княжне Юлии, а сам незаметно вглядывался в лица гостей. И тут он понял, что полковник Панютин наблюдает за ним. Мелецкий несколько замешкался, и неуклюже плюхнулся на стул подле княжны Алаповской. Пелагея Павловна неодобрительно постучала ручкой ложки по столу. Атмосфера была немного напряженная, но запахи вкусных блюд, заставили гостей побыстрее начать трапезу, и обычные разговоры.

— Петр Сергеевич, говорят фельдмаршал Витгенштейн^[18] в немилости у Дибича^[19]. Всем известно, что Иван Иванович пользуется неограниченным доверием нашего императора. И успешно руководит военными действиями, – начал один из приглашенных помещиков.

— Крайне опасная не милость, – поддержал разговор князь Ачинский, – генерал Дибич у нас любимец императора.

— Не стоит обсуждать слухи. Война всегда сложней разговоров за обедом, – вступил в разговор полковник Панютин.

— Помилуйте, ну как же без слухов. Ведь дыма без огня не бывает. Говорят, переправу через Прут у Скулян с треском провалил Заводовский, – продолжал Ачинский, – и наши доблестные войны вынуждены были мостить гать в пять верст у Сатунова, чтобы исправить положение.

— Иван Иванович Заводовский^[20] храбрый и опытный воин, а то, что он упустил время не его вина, – прокомментировал полковник Панютин, – одно то, как его флотилия, войдя в Мачинский рукав Дуная на расстояние картечного выстрела, уничтожила османов и захватила двенадцать судов, достойно государевой похвалы, и воинской славы.

— А, вы, что молчите, наш юный герой? – обратился к Евгению князь Ачинский.

— Война не тема для разговора за столом, – произнес Женя, пытаясь походить на Панютина, который ему всегда нравился.

— Браво, барон, вы утерли нос всем нам. Однако, следует ли расценивать ваши слова, как не желание говорить о судьбоносных событиях для нашей Державы? – парировал князь Ачинский.

— Полно тебе, – примиряюще проговорила Таисия Прохоровна. Но князя было не остановить.

— Нет, я хочу знать, чем живут наши молодые умы.

— Вы жаждете, князь, – вмешался Павел, – за стерляжьей ухой поболтать о планах и исторических действах. Не кажется ли вам, что подобный разговор уместен в императорском кабинете в час, когда народ ждет высочайшего решения. Пустая болтовня от скуки делает умы праздными и готовыми к бездумному осуждению. От того и терпим мы неудачи в годины войн, что пустые рассуждения переходят из-за поместных столов в кабинеты тех, кто должен принимать твердые и разумные решения, а вместо того досужие домыслы несведущих людей мешают простым и оправданным действиям, которых требует воинский долг и доблесть.

Присутствующие переглянулись и воцарилось молчание. Даже Эльза, перестала жевать, и с неподдельным интересом посмотрела на Мелецкого, от чего Панютина посетила госпожа ревность. Княгиня Муравлина, желая избежать неловкого молчания, подозвала Анну, попросив её спеть.

— Господа, – Ирине Михайловне хотелось поскорее прервать напряженную тишину, – моя Аня споет вам романс.

— Просим, Анет, спойте ваш любимый, он так прелестно звучит под гитару, – подхватила Таисия Прохоровна. Анна воодушевлено пробежала тонкими пальцами по струнам и запела, глядя влюбленным взглядом на Женю. Павел, чувствуя себя неловко, вышел из-за стола, и поспешил на улицу в сад, за ним сорвалась Юлия.