Книга Однажды, в давние времена…, страница 47 – Сиратори Каору

— Действительно, вот ведь глупость: синусы какие-то с косинусами…

Разговор о танцах больше не заходил, и он почти уже заставил себя забыть об этом: ясно ведь, раз не напоминает — значит, передумала. Но тут вдруг Катя явилась на ужин расфуфыренная в пух и прах.

— По телеку сегодня скукота одна. Так что на повестке вечера — «Осенний сон» в городском саду. Других предложений не будет?

Опять они шли той же дорогой, перебрасываясь шуточками и беззлобными колкостями. А когда Катя загляделась на море, он незаметно отстал, сделал вид, что у него развязался шнурок. Она шла вдоль обрыва, против солнца, модная спиральная юбка вьётся по ветру трепещущим сине-белым вымпелом… Андрей уже собрался встать и догнать её, когда она повернула голову — наверно, хотела спросить что-то.

— Я сейчас. Не останавливайся, — махнул он рукой, поднимаясь на ноги.

Ветер подхватил широкую кружевную оборку на груди, набросил на секунду на голые плечи…

А на подходе к танцплощадке его опять начали мучать сомнения. Ну не дурачиться же точно так же, как в прошлый раз. Кто повторяет шутки дважды… Может, надо пригласить её, как в школе: «Катя, потанцуем?» Глупый вопрос. Они ведь для того сюда и пришли… Похоже, всё дело в том, что он никогда ещё не бывал на танцах с кем-то… В конце концов Андрей просто молча взял её за руку, а когда Катя повернулась к нему, приглашающе взглянул ей в глаза. Это сработало. Он случайно угадал, как надо? Или, может, не было вообще никакой разницы, что и как делать. А он паникует из-за того, на что никто и внимания не обратил…

— У тебя платье красивое, — Андрею показалось, это будет подходящим к случаю началом.

— Спасибо. Только это не платье, а юбка с блузкой.

— Ну, какая разница. А что это за духи?

— «Красная Москва». Тебе нравятся?

— Да, очень. В прошлый раз, по-моему, они же были.

— Считаешь, сегодня надо было другими надушиться? Но я только одни взяла. А в этой глуши ничего приличного и не найдёшь, наверно.

— Нет, я ничего такого не имел в виду. Читал даже где-то, что так и надо.

— И совершенно напрасно. Незачем тебе такие вещи читать.

— Почему?

— По кочану.

— Думаешь, эффект пропадает?

— Сообразительный…

— Ну, не обязательно. Это же как условный рефлекс — по Павлову. Против физиологии любые здравые рассуждения бессильны.

В ответ Катя только фыркнула.

— Андрей, — опять заговорила она, — а всё-таки, что ты мне тогда сказать хотел, на берегу, ночью?

— Что ты красивая, — ответил он, помедлив.

— А почему не сказал?

— Подумал, тебе не понравится.

— Да кому ж такое может не понравиться? Смешной ты… Это называется комплимент. Говори их почаще — и успех у прекрасного пола тебе обеспечен.

— Ну откуда ж я знал…

— А за ужином так прямо рассыпался.

— Тогда я их не тебе, авам говорил.

— По-твоему, есть разница?

— Не знаю… Наверно…

Песня закончилась, и они отошли к краю площадки.

— Девушка, вас можно пригласить? — к Кате подошёл какой-то улыбающийся парень в завязанной на животе узлом ковбойке.

Она вопросительно оглянулась на Андрея, но тот сразу отвёл глаза и уставился куда-то в сторону. С видом, будто его это нисколько не касается.

— Извините, я не танцую.

Парень отошёл, а Андрей так и остался стоять полуотвернувшись. В голове была сумятица. Ну и что ему сейчас делать? Зря он ей, конечно, про тот свой сон сказал… На кой чёрт он опять путается у неё под ногами…