Книга На острове любви, страница 130 – Шерил Сойер

— Ушли, — раздался голос Принса. В это мгновение толпа расступилась, пропустив Флоруса и Ясмин. Телегу Флорус оставил на дороге недалеко отсюда. По толпе пробежал ропот, взгляды Флоруса и Принса встретились: они оценивали друг друга.

— Значит, нам понадобятся новые управляющие. Флорус займется домочадцами и бухгалтерскими книгами. Кто займется землей и урожаем?

Равнодушно посмотрев на Айшу, Принс направился к хижине надсмотрщика.

Ги тихо обратился к ней:

— Видно, они не поняли. Ты объяснила, что отныне все свободны?

Айша догадалась, что он не разобрал ни слова, произнесенного на креольском языке.

— Нет, они поняли, — возразила она, — но либо не верят мне, либо ненавидят меня. Возможно, и то и другое.

Она снова внимательно оглядела людей, ища глазами Мишеля и тех, кто работал в саду и в поле, но не заметила ни Мели, ни ее отца, ни других знакомых. Догадавшись, что они умерли, Айша выкрикнула:

— Где Лори?

Никто не ответил, но лица людей впервые изменились, и толпа с одного края начала расходиться. Спрыгнув с лошади, Айша выбежала на узкую дорожку между хижинами и помчалась к дому. Если бы Ги и другие быстро не отреагировали, толпа, ринувшаяся за ними, отрезала бы их от Айши.

Айша задыхалась от паники, добежав до хижины. Она испугалась жуткого молчания людей, последовавших за ней, и нутром чуяла, что Лори не пришла бы встретить ее только в том случае, если бы не могла двигаться. Она пришла бы, даже если бы хотела показать Айше, что та здесь нежеланный гость.

В дверях показалась Романа, но Айша лишь произнесла: «Мама» — и прошла мимо нее.

В хижине было темно, и Айша едва разглядела Лори, лежащую у стены. Она бросилась на колени перед парусиновой кроватью и взглянула на Лори. В ее открытых карих глазах не было прежнего жесткого выражения. Узнав Айшу, Лори протянула к ней исхудавшую руку.

— Ты вернулась, чтобы мучить меня.

Айша встала.

— Флорус отнесет тебя. — Сообразительный Флорус тут же подошел к кровати, и не успела Лори слова сказать, как он поднял ее на руки. — Неси ее в дом, — распорядилась Айша.

Все шли по грязным дорожкам в сопровождении молчаливой и возмущенной толпы. Романа пыталась схватить Айшу за руку. Но Айша высвободилась, и Романа, стоя рядом с ней, говорила:

— Это ей уже не поможет. Я долго ухаживала за Лори, но она только слабеет. Ты такая же очаровательная, но лучше бы тебе не приезжать сюда. Здесь тебе делать нечего. Вчера я смотрела на отражение в броде и увидела…

— Меня не интересует, что ты увидела! — Айша задрожала. Чувствуя открытую враждебность людей и опасаясь за Лори, Айша не отдавала себе отчета в том, что делает. Ей очень хотелось дойти до дома, покинуть эту деревню, бывшую ей тюрьмой и жилищем на протяжении почти всей жизни, иначе она снова окажется в ее удушающем плену. Все придется изменить, но Айша уже не знала, как это сделать. Она испытала невыразимое облегчение, когда Ги взял Роману за локоть и сказал:

— Извините, мадам, но моя жена сегодня не расположена беседовать с вами.

Романа отошла и вскоре исчезла. Когда они добрались до особняка хозяина, ее сменила Ниа с маленьким ребенком на руках.

— Не обращай внимания на мать. Раньше ты так и поступала. Зачем думать о ней сейчас?

Айша обняла подругу, которая вместе с ними вошла в дом. Остальные, подождав у ворот, стали расходиться.