Онлайн книга «Леди и дезертир»
|
— Месье будет для меня достаточно, мистер Эддингтон. Я не притязаю на титул. Сэр Генри — единственный виконт за этим столом. Мистер Эддингтон промолвил с некоторым удивлением: — Как вам будет угодно. Я просто… Вы были так представлены нам. — Исключительно благодаря великодушию леди Гамильтон. — Он улыбнулся Миллисент Эддингтон и продолжил: — Она пытается защитить меня в английском высшем обществе. Мисс Миллисент не могла бы подарить ему более снисходительную улыбку, если бы он назвал ее принцессой. Тем временем София почувствовала опасность этого разговора для него. Защитить его в английском высшем обществе! Факт, что это было действительно то, что она делала, только ухудшал дело. Себастьян Кул снова вмешался, задав вопрос мистеру Эддингтону: — Вы готовы признать другого эксперта в нашей среде — самого себя, величайшего эксперта по конине к югу от Фристонского леса? Это была приватная шутка, без сомнения имевшая отношение к какой-то охоте, в которой они оба принимали участие. Эддингтон не попался на удочку, однако он принял вопрос. — Конечно, когда мы ехали сегодня, находящаяся ближе всего к нам лошадь ужасно буянила, кучер едва мог управлять ею. Месье Десерней остановился и помог решить нашу проблему. Он вместе с кучером подогнал упряжь, и все было в полном порядке, мы снова могли продолжить путь. Поставьте передо мной препятствие на хорошем скакуне, и я составлю план его точнейших реакций до последнего полудюйма, но лошадь в упряжи для меня загадка. Мы признательны за помощь, месье, поверьте. Только видеть, как вы обходитесь со своей собственной упряжкой, было само по себе удовольствием. София внутренне сжалась от тона Эддингтона, но это было так ловко скрыто, что она задавалась вопросом, уловил ли его Десерней. Вместе с комплиментом в этом было тонкое осуждение всего в этом французе, что было чуждым англичанам. Помогать кучеру заботиться об экипаже джентльмена было ниже достоинства другого джентльмена. С другой стороны, езда в карете, запряженной четверкой лошадей, имела некоторое своеобразие. Неудивительно, что обувь Десернея была покрыта пылью! И неудивительно, что он выглядел так, будто принадлежал ко двору, хотя сидел за ее столом. Он улыбнулся: — Я был рад помочь. — Почему вы управляли каретой сами? — спросил Гейдж. — Разве у Джолифа нет кучера? Десерней ответил в своей шутливой манере: — Я обучаю лошадей лучшим навыкам. Я вывел их сегодня рано утром и обнаружил, что у них плохие привычки. У нас была очень веселая пробежка по покрытым дорогам. Кстати, эти дороги, должно быть, очень грязны при плохой погоде? — Ужасно, — подтвердил Джеральд Эддингтон. — Несомненно, вы слышали историю о человеке, который нашел шляпу на сассекской дороге. Десерней отрицательно покачал головой. Мисс Миллисент воскликнула: — О нет, Джеральд, в самом деле! Джеральд продолжал с дразнящей улыбкой: — Он остановился, чтобы подобрать ее, и увидел, что под ней была голова. Когда он обратился к голове, выяснилось, что голова принадлежала фермеру, который увяз в грязи. Не раньше, чем он вытащил человека из грязи, он обнаружил, что парень сидел на спине лошади. Когда же они докопались до лошади, оказалось, что она жевала сено с задней части телеги… Все засмеялись этой старой шутке, Десерней более благосклонно, чем все остальные. Затем Себастьян Кул повернулся к Софии и сказал: |