Книга Леди и дезертир, страница 42 – Шерил Сойер

— Прошу прощения, миледи, я только что получил известие с кухни. Там с черного хода пришел солдат, посланный в наряд. Он спрашивает, может ли он поговорить с вами.

— Конечно.

София взяла свечу и последовала за ним вниз. Это мог быть последний знак внимания от принца. Или сообщение от Эллвуда. Или королевская гвардия послала солдат назад, чтобы совершить последний обход Бедфордской площади.

Спустившись по лестнице, она увидела, кто стоял в холле внизу.

Это был Десерней.

На мгновение ей показалось, что она видит привидение, проникшее сквозь запертые на засов двери, чтобы преследовать ее. Жак тем временем резким движением головы отбросил влажные волосы со лба и встретился с ней взглядом. София неуверенно сделала три шага вниз по ступенькам и вспомнила о приговоре, который он получил.

Лоуренс спустился к основанию лестницы и посмотрел на нее вопросительно. София остановилась несколькими ступеньками выше, одной рукой держась за перила, но глаза ее были по-прежнему прикованы к Десернею, а сердце бешено забилось. На Десернее была все та же изношенная форма, но ни головного убора, ни оружия, и все же в нем по-прежнему можно было распознать храброго стрелка.

Лицо его было бледно, что можно было заметить даже при скудном свете свечей и лампы с защитным стеклом, поставленной на пол с другой стороны холла. Казалось, что его колотит дрожь, но его взгляд оставался твердым, а глаза под темными бровями сверкали, как блики на воде в лунную ночь.

София прервала затянувшуюся паузу:

— Как вы здесь оказались?

— Я пришел пешком, — сказал он со смущенной улыбкой.

— Боже Всемогущий! — София подошла ближе и обратилась к мажордому: — Лоуренс, будьте так любезны, поставьте лампу в приемной. — Она была немного испугана неожиданностью ситуации, в которой оказалась, но ею владело отчаянное желание подойти к Жаку совсем близко, как будто он был кем-то, с кем она была связана в течение бессчетного количества времени. Она сделала ему знак последовать за ней.

— Сюда, пожалуйста, месье.

Жак молча повиновался. София попросила мажордома принести немного бренди.

Десерней покачал головой:

— Благодарю вас, не стоит беспокоиться, мадам. Я не смогу остаться надолго у вас. — Но его полный решимости взгляд опровергал это тихое замечание.

София отослала мажордома и со свечой в дрожащей руке вошла в комнату. Поставив подсвечник на узкий столик, она повернулась к Десернею. В мягком свете свечи его мужественное лицо и атлетическая фигура в форме, изношенной путешествиями, произвели на Софию еще более сильное впечатление.

В ее голове теснились вопросы, которых она не могла задать. «Что они с тобой сделали? Избили тебя до полусмерти, а затем выбросили вон! Как ты можешь все еще носить эту одежду?» Но надо же было говорить хоть что-нибудь.

— Почему вы здесь?

Он выпрямился, как будто собирался стать по стойке «смирно».

— Мадам, позвольте мне выразить вам свою бесконечную признательность.

— За что?

— Я говорю о письме. Вы спасли мне жизнь. — Жак снова отбросил волосы со лба и с усилием выпрямил спину. Он стоял, глядя на нее сверху вниз с каким-то диким удивлением, что заставило ее задаться вопросом, знал ли он в действительности, где находится. И что он делал в течение последних, наполненных болью часов? Он повторил еще раз: