Книга Пламенные эвкалипты, страница 15 – Элизабет Хэран

— Здесь только управляющий, Эбби. Он очень занят, но я сейчас узнаю, на месте ли он.

— Благодарю, — вымолвила Эбби, давясь слезами. Уж очень больно было ей находиться на руднике после недавней трагедии.

Миссис Снибиклер отрядила посыльного в контору за Фрэнком Бондом.

Зная, что хозяин не желал, чтобы рудник простаивал слишком долго, Фрэнк Бонд отправился проследить за починкой Морфеттовой насосной станции, которую все никак не могли отладить. Он вышел из себя, когда его отвлекли от дел, и, придя в контору, готов был сорвать злость на ком угодно.

И лишь столкнувшись лицом к лицу с заплаканной Эбби, которая сказала, что хотела бы, чтобы Эбенезер Мэйсон оплатил похороны своих рабочих, он взял себя в руки. Фрэнк выразил девушке соболезнование и сообщил, что не вправе распоряжаться деньгами, покуда не переговорит с Эбенезером.

— Так где же он? — взволнованно спросила Эбби.

— Насколько мне известно, у себя дома в Минтаро, мисс Скоттсдейл, — смущенно пояснил он.

Минтаро лежал в пятнадцати милях отсюда, а это означало, что она не успеет обернуться в оба конца до того, как ее отца предадут земле. К тому же у нее не было ни лошади, ни тележки, а нанять ее она не могла.

— Неужто он не знает, что погибли трое его рабочих? — Эбби не верилось, что он может сидеть дома, когда стряслась такая беда.

— Мы известили его сразу же после случившегося, — в растерянности заявил Фрэнк. — Но от него ни слуху ни духу. — Фрэнк и правда злился, что хозяин так и не объявился в Берре сразу после получения вестей о происшествии, но ничего больше сделать не мог. Эбенезер Мэйсон всегда был равнодушен к горнорабочим и сторонился их. И без особых причин даже не считал возможным обмолвиться с ними хоть словом. Он помышлял только о доходах, позволявших ему жить на широкую ногу.

— Худо дело, — призналась Эбби. — Отца с Нилом должны хоронить сегодня — уж больно нынче жарко. — Она едва сдерживалась.

— Премного сожалею, мисс Скоттсдейл. — Фрэнк Бонд и правда сочувствовал ей всей душой. — Но я ничего не могу для вас сделать.

Эбби заметила виноватое выражение на его лице, но это ее ничуть не тронуло. Она была уверена, что Фрэнк Бонд знал о дурном нраве хозяина. И в глубине души чувствовала — он, пожалуй, ничего ему не скажет, потому как боится потерять работу, но если и впредь все будут держать язык за зубами, других смертей не избежать. Кто-то же должен сказать свое твердое слово!

— Не соблаговолив прибыть на рудник и поговорить с родными и близкими рабочих, Эбенезер Мэйсон, по-моему, поступил низко, малодушно и совершенно непростительно, — заявила Эбби.

Возразить Фрэнку Бонду было нечего.

— Как единственной родственнице своего отца вам причитается все, что ему было положено, — сказал он. — Это совсем не много, ведь вчера с ним уже расплатились, хотя понимаю, в такое время лишний грош не помешает.

В подобном положении Фрэнку Бонду случалось бывать не раз, и от этого душа у него только черствела. Однако он все же распорядился, чтобы миссис Снибиклер выплатила Эбби причитавшиеся ей деньги.

— Мне очень жаль твоего отца, Эбби, — сказала она. — А ты одна справишься?

— Придется, — только и произнесла Эбби. — Папу-то уже не вернешь.

Взяв пригоршню шиллингов — больше, чем она, признаться, рассчитывала, и поблагодарив миссис Снибиклер, Эбби пошла купить цветов на могилы отца и Нила.