Книга Советско-Вьетнамский роман, страница 132 – Андрей Фальков

Песок клубами полетел от мощной воздушной струи. Первый десантник прыгнул вниз. Рузаев плавно нажал на спуск и чуть повел стволом, чтобы надежнее зацепить цель. Секунда, пока летели пули, показалась вечностью. Но вот машина резко дернулась, как-то нелепо завалилась на бок и тяжело рухнула на песок. Яркое бензиновое пламя поднялось над ней. Рузаев увидел, как летят на песок человеческие фигурки.

Он замер, сдерживая бешено колотившееся сердце, и оглядел поле боя. Вертолеты охранения зависли в воздухе, блестя тупыми мордами. Не видели! Место было столь удачным, что пилоты не видели, откуда был произведен выстрел, и безуспешно рыскали в поисках жертвы. Другие десантные вертолеты тоже приостановили выброску, ожидая уничтожения цели. Они бы с удовольствием бросились вперед и растерзали, если бы знали кого. Но пулемет до поры молчал.

Рузаев хладнокровно поймал в прицел еще один вертолет и снова дал очередь в пять патронов. Затем еще по одному. Секунда, и, не дожидаясь результатов, он дал еще очередь, – по третьему вертолету. Четко, спокойно и коротко, как в тире, он расстреливал из зенитного пулемета машины, не ожидавшие такого нападения, пока не кончилась лента. Затем подхватил пулемет, обжигаясь о ствол, ногой сшиб сошки и поволок его в сторону.

Оба вьетнамца, поняв, в чем дело, кинулись ему на помощь, и они втроем покатились вниз. Получив по ребрам острым пламегасителем, полковник обернулся и с удовлетворением отметил четыре жирных чадящих кляксы на белом песке.

Вертолеты охранения, завывая от натуги, рванулись к ним. Раздался резкий взрыв, сверху посыпались ветки и комья земли. Ракеты ударили точно в то место, откуда они убежали. Тяжелый грохот двигателей стал ближе.

«Мы не средневековые рыцари, поле боя за собой не держим, мы и драпануть можем», – подумал Рузаев.

— Ложись! – заорал он и ткнул вьетнамцев в затылки, ловко нырнув за дерево.

Вертолеты, поливая лес сплошным огнем, прошли чуть в стороне. Буквально в сотне метров земля будто кипела от разрывов и ударов пуль. Пару раз пули свистнули невдалеке. Одна смачно шлепнула в ствол дерева, но вреда не причинила. Пара вертолетов с ревом перевалила холм и пошла расстреливать седловину. Снизу вновь раздался нарастающий грохот – еще один вертолет поднимался к ним. Рузаев прислушался и замер от ощущения удачи – вертолет шел один.

Устанавливать станину было некогда. Полковник раздвинул сошки и молча ткнул лежащего вьетнамца. Тот обернулся, подполз и подставил плечо.

— Ну, держись! – кивнул Рузаев.

Вертолет шел прямо над вершинами деревьев, такой близкий, и невидимый из-за листвы. Но и десантники тоже их не видели. Шансы были равными. Вертолет, рокоча и огрызаясь выстрелами, полз где-то в стороне. Рузаев следил за ним, поворачивая на звук ребристый ствол.

Вертолет двигался в небе, ствол, как магнитная стрелка, следовал за ним. И, наконец, в разрывах крон показалось серо-зеленое брюхо. Так-так-так!.. Пулемет выплюнул очередь прямо в него. Маленького вьетнамца снесло отдачей, он сбил Рузаева, и они кубарем покатились по земле. По тому месту, где они только что стояли, хлестнула очередь – рейнджеры тоже умели стрелять.

Но выигрывает тот, кто стреляет первым. Гром двигателя изменил тональность, на секунду прервался, возобновился и прервался снова. Вертолет, срубая винтом вершины деревьев, вломился в джунгли, забился и повис на ветвях. Секунду он качался, будто не зная, что делать, и вдруг внутри у него что-то лопнуло. Раздался мгновенно смолкнувший человеческий крик, и машина взорвалась.