Книга Северный цветок, страница 2 – Анастасия Мохиборода

Принц Рагнар был достаточно хладнокровен в бою. Враги его земель не знали от него пощады на поле боя. Итог битвы под его началом, несмотря на столь юный возраст, был один — победа над врагом.

В отличие от отца, Рагнару всегда не хватало людей, которые бы говорили ему, как можно поступить, поэтому с раннего детства маленький мальчик научился ладить с людьми, если на кону стояла цель, достижение которой было важно для их владений. Он мог и любил выслушать мнения людей, закаленных в боях, тех, кто знал сражения до самых неизведанных граней и мог поведать все тонкости военного дела.

Порой Рагнар чувствовал смещение своих чувств, их нарастание, что жаждет выхода, но всегда стремительно гасил этот порыв, считая его проявлением собственной слабости и беспечности.

Так и жили отец и сын в своем излюбленном месте, таком же холодном и промозглом, как и они сами.

Возвращаясь с одного из своих завоевательных походов по расширению территорий, Альмод увидел одну юную девушку, что прятала детей деревни, закрывая их собой. Она смотрела на конунга смело и не отводила своего взора. Ее глаза отражали солнечный свет и словно сияли из глубины. Они были зелеными, как свежая весенняя трава.

— «Солнечный свет…Трудно представить» — подумал про себя Альмод, рассматривая крестьянку и запоминая каждый ее изгиб и волосок. Ничего не могло ускользнуть под его пристальным взором.

Ее волосы развивал ветер. Тонкие косы виднелись из-под основных прядей волос. Они были золотыми. Девушка была похожа на солнце: дарила свет и светилась. Удивительная красота в простой крестьянке показалась Альмоду редким сочетанием, которое он отметил приятным для себя. Еще его поразила смелость, с которой девушка защищала детей. В ней не было сомнения или страха. Она знала, что это может быть ее последний необдуманный поступок, что выходит за грань дозволенного, но, тем не менее, не отступала, даже тогда, когда вся деревня была захвачена.

— «Оставлю ее в живых…» — подумал король и развернул своих людей.

Он не придал тогда значения увиденному. Осознание пришло после. Когда Альмод возвращался в свои владения, на обратном пути, понял, что образ этой незнакомки заполонил его разум. Воины не знали, чем обеспокоен их повелитель, но видели, как его брови сгорбились в районе переносицы. За весь путь он не проронил ни единого слова.

После возвращения в свои земли, ночами, она стала посещать его во снах. Совесть не давала ему покоя. Стыд перед мертвой женой сделал его поступки более разъяренными, и он все чаще срывал свою злобу и бессилие на посторонних. Страдали все: начиная от слуг, заканчивая собственным сыном, который был удивлен такому поведению своего отца. Он знал, что у них не настолько теплые отношения, чтобы ставить их в пример, но и не настолько холодные, чтобы он мог демонстративно показывать и срывать на нем свой гнев без видимой на то причины. Отсутствие причин было мнимым отражением действительности, ведь Альмод пребывал в ранее ему знакомом состоянии влюбленности и старался отогнать от себя мысли о незнакомке.

Прошло совсем немного дней, а ее образ стал постоянным явлением и глубоко отпечатался в мыслях конунга. Он не мог нормально вкушать пищу или спать по ночам. Эта влюбленность была для него болезненна, и постепенно Альмод стал одержим крестьянкой.