Книга Дэйвенпорты, страница 48 – Кристал Маркис

Вот почему она стояла за сеткой-рабицей в компании Агаты Лири, беспрерывно бубнившей за ее плечом, и наблюдала, как молодые люди ее круга играют в бейсбол.

— Агата, а ты видишь мистера Дэйвенпорта?

Агата запнулась от того, как внезапно ее перебили.

— Я его не вижу. Вряд ли он будет бегать от базы к базе, ведь он хромает. Ты что, Руби!

— Я имела в виду мистера Джона Дэйвенпорта.

Руби подавила желание закатить глаза. Она надеялась, что Джон будет среди играющих или в толпе зрителей: тогда они смогли бы минуту поговорить. А кто-нибудь из толпы помог бы ей ненадолго отделаться от Агаты, которая считала своим долгом следовать за Руби по пятам и безостановочно о чем-то трещать.

— А, понятно! Его здесь нет. Ты знаешь, я слышала, он приехал после первого курса университета с кучей идей о перестройке семейного бизнеса. Говорят, он не собирается возвращаться к учебе. Мистер Дэйвенпорт был прямо-таки в бешенстве.

Руби резко повернула к ней голову:

— Откуда ты это знаешь?

— Моя двоюродная сестра – секретарь мистера Дэйвенпорта.

Агата улыбнулась, наслаждаясь тем, что ей было известно о Дэйвенпортах что-то, чего не знала Руби. Руби представила себе, как Агата разбалтывает эту новость каждому встречному, независимо от того, хочет человек ее слушать или нет. От этого мышцы ее шеи напряглись.

— На месте твоей двоюродной сестры я бы поостереглась, – холодно сказала Руби. – Вряд ли Дэйвенпортам понравится, если их бизнес будут обсуждать, как пошлые слухи.

Натянуто улыбаясь, она сложила руки на груди и снова повернулась к играющим на поле.

— Ну, – проговорила Агата с хрипотцой, – если ты ищешь кого-нибудь, кто поднял бы тебе настроение, то в дальней части поля играет мистер Бартон.

Руби немного расслабилась. Она внимательно осмотрела поле. И действительно, Харрисон стоял в каких-то тридцати метрах от нее, на третьей базе. Спина у него была прямая, широкие ладони он упер в колени. Он полностью сосредоточился на человеке, который помахивал битой над базой-«домом». Руби поймала себя на том, что улыбается, – и это под пристальным взглядом Агаты.

— Осторожнее, – предупредила спутница. – Если будешь так смотреть на мужчину, скоро и о тебе могут поползти слухи.

Пока мистер Бартон вел Руби по парку, он говорил о своей работе в банке и планах на будущее. Он собирался инвестировать в предприятия, владельцами которых были темнокожие, и завести семью. «По-настоящему осесть в Чикаго» – так он сказал. Руби вспомнила, как загорелись его глаза, как он улыбнулся – искренне и с тихой уверенностью. Когда он упомянул о том, что состоит в клубах, девушка представила себе темную, наполненную сигарным дымом комнату, а не бейсбольное поле. Тут она задумалась, а чего, собственно, хочет она сама, помимо того, чтобы оправдать ожидания родителей.

Руби посмотрела туда, где стояла ее мать. Миссис Тремейн постоянно работала на предвыборную кампанию: она и сейчас агитировала темнокожих присутствующих голосовать за своего мужа, чтобы громче заявить о нуждах Южной части города. Ах, Руби готова была закатить сцену, лишь бы стереть эту гадкую ухмылочку с лица Агаты Лири! Будто угадав намерения Руби, Агата отошла к группке юных леди, важно задрав нос.

Руби знала: Агата намекает на то, что мистер Бартон регулярно навещает ее, Руби, – и тем не менее в голове то и дело всплывали слова, которые девушка подслушала в дамской комнате отдыха на вечеринке, устроенной родителями. Вот почему ее план обязан был сработать на все сто. Когда Руби шла под ручку с мистером Бартоном, все внимание Джона было на ней. Как будто он внезапно о ней вспомнил. Конечно, Руби и Джон не были официально помолвлены, но между ними сложились отношения, которые никак не были связаны с надеждами родителей. Они договорились слегка остыть, пока Джон был на учебе, но Руби никак не ожидала, что он вернется настолько заряженным и сосредоточенным. Похоже было, что он думает только о компании по производству экипажей и хочет выпускать автомобили, а не ездить на них.