Книга Охотники и ловцы рыб, страница 49 – Татьяна Иванова

Произнося всю эту, с точки зрения Любавы, ахинею, Збигнев уверенно направлял коня вглубь леса. Девушке было жарко до струек пота по спине в его объятиях, но она терпеливо изображала расслабленную жертву. И вдруг невольно напряглась при следующих словах.

— Но ваш Сольмир потрясающе сильный волхв. И недавно, ночью мы нашли заветный клад… Была глухая ночь. Непролазный ельник здесь неподалеку. Внезапно в непроглядной темноте зажглись свечи, вокруг раздались стоны и дикие крики. У меня даже волосы дыбом встали. А Сольмир продолжал что-то тихо петь. Тьма сгустилась еще больше, а потом прямо перед нами возник сундук. Огромный сундук из старого дуба, обитый медными полосами. Сольмир прекратил петь, и наступила зловещая тишина. «Это — заклятый клад, — сказал он таким глухим и страшным голосом, что я упал на колени. — Чтобы открыть крышку, нужно на этом месте убить трех воевод разом. Но и потом счастья от этого золота не будет. Единственный способ получить клад без проклятья — жениться на сироте.»

То есть, добрый день, мои собачки, я ваш зелененький братанич.

Любава никогда не ожидала ничего и близко похожего на такую фантасмагорию от своего друга Сольмира. Точно верный пес вдруг превратился в дикого волка и рычал, оскалив зубы в очевидной страшной угрозе. Сольмир действительно волхв.

— Ну а ты, панна Любава, я знаю, как раз осталась сиротой в раннем детстве. Ты подходишь. Не упрямься. Такие деньги… Мы, знаешь, как с тобой заживем! Что там тебе может дать Всеслав? У него ни денег, ни будущего, уж поверь мне.

Они въехали на поляну перед огромным дубом, увешанным множеством ярких ленточек. Конь остановился. Збигнев разжал руки, Любава стремительно соскочила с коня, Збигнев схватился за ее плащ, но тот остался у него в руках. Его жертва, мгновенно отколовшая фибулу плаща, бегом устремилась к лесу. Похититель не менее стремительно чем она соскочил с коня, задержался лишь на полсекунды, чтобы выхватить меч из прицепленных к седлу ножен, и рванулся вперед, перерезая ей путь в лесную чащу. Он бежал быстрее. Любава поняла, что не успеет, и остановилась.

— По-хорошему не хочешь, а жаль. Придется по-плохому, — даже не запыхавшись после стремительной гонки сказал Збигнев. — Я знал, что ты дружинница.

Любава отступила еще немного к лесу, не спуская глаз со своего похитителя. Тот неторопливо приближался, затем стремительно бросился вперед, отбив выпад своей противницы, которую долго учили каким способом выводить из строя сильного противника. Но она еле удержала кинжал в руках. Выдохнула, отстраненно подумав, что без меча ей не выжить в такой схватке. Однако Збигнев опустил меч, не желая ранить девушку. Теперь он находился между ней и лесом. Они стояли и молча смотрели друг не друга. В распоряжении Любавы оставался еще один прием как раз на такой случай, заканчивающийся ударом снизу в живот. Смертельный прием, которым она неплохо владела, но не могла себя заставить его провести. Ее противник был без кольчуги, могло получиться, тем более, что он занял уязвимую позицию, очевидно не собираясь ранить жертву. Но не желала она ему такой смерти. Стояла в нерешительности. И Збигнев, в свою очередь, опасался к ней близко подойти, пока у нее в руках кинжал из отличной стали, которым эта девица непременно воспользуется, как только случай представится. Так они и стояли, внимательно глядя друг на друга.