Онлайн книга «Полдень, XXI век, 2011 № 09»
|
Что здесь посадить, Юрий Васильевич еще не решил. Место было какое-то странное: клубника выродилась через два года, пришлось ее выкорчевывать, редис сразу же уходил в дудку, укроп и петрушка желтели и высыхали, даже если он их заливал водой. Он осторожно понюхал лепестки. Непривычный какой-то запах. Не цветочный. Морем пахло, йодом, водорослями, свежим ветром. — Доброе утро, Юрий Васильевич! А что это за диковина у вас растет? — Здравствуйте, Нина Михайловна. Сам не знаю. Сегодня проснулся, вышел и… вот. Вечером ничего не было, а сейчас вон какое вымахало. — А можно мне посмотреть? — Да, пожалуйста, заходите, смотрите на здоровье. Соседка безбоязненно ощупала цветы, повертела бутоны, понюхала и сказала: — Наверное, на рынке они бешеных денег стоят! Я сегодня редиску повезу, могу и ваших пару букетов прихватить. Для оживления торговли. Всю жизнь Юрий Васильевич работал чертежником в КБ своего завода. Зарплата была маленькой, и идея соседки показалась ему здравой. Он протянул руку к земле, с хрустом подломив стебель, сорвал синий цветок и тут же вскрикнул: растение увяло, сморщилось, и в его ладони осталась только пыль. — Тут специалист нужен, – решила Нина Михайловна. – Есть у меня один знакомый флорист, он раньше у моего Петьки учителем ботаники был. Я сейчас ему позвоню. К обеду на участке Юрия Васильевича собралась толпа человек в тридцать: соседи, какие-то зеваки, все они смотрели, как флорист-ботаник задумчиво отрывает листья, тут же превращающиеся в порошок. Потом приехал фотокорреспондент местной газеты и долго снимал просто цветы, цветы распадающиеся, Юрия Васильевича на фоне цветов и флориста на фоне Юрия Васильевича и цветов. Вечером все разошлись, фотокорреспондент уехал, пообещав на завтра привезти съемочную телевизионную группу. Юрий Васильевич сидел у домика и смотрел на свой участок. Грядки были истоптаны, картофельное поле походило на лунный пейзаж, и только синие цветы победно покачивались под легким июньским ветерком. А что будет завтра, когда наедут телевизионщики и народу набежит еще больше? Юрий Васильевич решительно встал и твердыми шагами пошел к хозяйственному сарайчику. Выкатив тачку с торчащими из нее черенками лопат, он остановился у синего квадрата. Секунду помедлив, он воткнул в землю штыковую лопату, наступил на нее ногой и вогнал до упора. Перехватив черенок поудобнее, подковырнул ломоть земли с торчащим из него синим цветком, швырнул в тачку. Цветок изогнулся, скукожился и исчез. — Вот так-то! – победно выдохнул Юрий Васильевич. Он работал до поздней ночи, ожесточенно снимая полуметровый слой земли и вывозя его на дорогу. Там он рассыпал грунт тонким слоем, приговаривая сквозь зубы: — Вот и растите здесь, если хотите, только не у меня, только не у меня! Когда на его огороде не осталось ни одного синего цветка, он встал у края ямы и перевел дыхание. Все. Теперь его участок ничем не отличается от остальных. Никаких флористов, никаких ботаников, никаких журналистов и телевизионщиков здесь не будет. А будет только он, и все, что он посадил и вырастил: клубника, морковка, редиска, картошка. Отдохнув, Юрий Васильевич направился к куче торфокомпоста, чтобы завалить им яму. Телевизионщики приехали утром. Юрий Васильевич безмятежно сидел на скамеечке возле домика. Он ласково поглядывал на свеженасыпанные картофельные грядки. |