Книга Подсластить победы горечь, страница 99 – Татьяна Иванова

И вдруг послеполуденная идиллия резко прервалась.

На выложенной разноцветной галькой дорожке скрытого в глубине замка садика вдруг объявился прогрессор. И не просто прогрессор, как с замиранием сердца поняла Фенелла, узнав скуластое лицо, а эмиссар прогрессоров Борифата Генрих Таубен собственной широкоплечей персоной. Сид крепко сжал пальцы жены, удерживая ее от неосторожного порыва. Прогрессор, не замечая случайных свидетелей, направился к еще одному человеку, находившемуся во внутреннем садике замка. Настя Лазарева попросила у Фенеллы разрешения здесь заниматься. В прогрессорском крыле дворца девушку все время отвлекали, так же, впрочем, как и в академии. А ей не терпелось закончить расчеты, связанные с новой теорией вилки Дворкина. Поэтому, услышав случайно от подруги, что та знает место, где ее никто не найдет, она и упросила Фенеллу пустить ее в садик замка.

Девушка работала за компьютером и, кажется, по сигналу с ее электронного устройства Таубен ее и нашел. Потому что, пока тот не заметил девушку, тот шел неуверенно, постоянно сверяясь с экраном в своих больших и загорелых ладонях.

— Стажерка Лазарева? — он напугал девушку мрачным видом. Сид еще раз удержал Фенеллу от неуместной попытки вмешаться в разговор двух прогрессоров.

— Добрый день, господин Таубен, — Настя закрыла материалы в компьютере, с которыми работала, и резко обернулась навстречу суровому эмиссару, задев ветку дерева, отчего ссыпавшиеся лепестки апельсиновых цветов украсили ее волосы белоснежным венцом. — Вы, наверное, пришли с серьезным разговором, раз не поленились меня отыскать.

— Да, стажерка, вы правы, — сухо ответил Таубен, пристально разглядывая девушку. Смахнул лепестки роз с мраморной скамейки и уселся напротив Насти. Закинул ногу на ногу, откинулся на спинку, не сводя с встревоженной девушки взгляда. — Разговор будет серьезным, очень серьезным. В свое время мой начальник Кальвер начал расследование гибели первой геологической экспедиции в Гримальской пустыне. Кальвер был убит. Вроде бы женщиной, из мести, но многое в этом допущении не сходится. Например, непонятно, зачем аборигены уничтожили после его смерти документы, связанные с расследованием гибели геологов. Эти человеческие заготовки, почему-то называемые людьми, — Таубен криво усмехнулся, — не способны оценить ценность документов… Поэтому я начал собственное расследование… Вы знали, что женщина, убившая Кальвера, была влюблена в принца Гая Остарийского?

— Нет, — ответила Настя, рассматривая ногти на своих руках.

— Допускаю, что нет. Но я знал. И потому потребовал все записи разговоров принца.

— И что? — вежливо спросила его собеседница, не поднимая глаз на мрачного прогрессора.

— А то, — неспешно ответил тот, — что документы погибшей экспедиции уничтожила убийца Кальвера. Никто из наших не знает подробностей работы убитых геологов, в частности их маршрут. А дон Гай знает.

— Почему вы так решили? — все так же вежливо поинтересовалась девушка.

Таубен хищно улыбнулся.

— Он сам вам об этом проговорился, стажерка Лазарева, еще в Альнарде. Он изволил не согласиться со мной в том, что последняя экспедиция войдет в историю. Их маршрут, дескать, это исключает. А с чего он это решил? Вы молчите, стажерка? Удивлены, откуда я это узнал? Принц сказал вам об этом в присутствии Дианы Ардовой. Соответственно, его слова были записаны и переданы в центр.