Книга Подсластить победы горечь, страница 49 – Татьяна Иванова

— У каждого свои недостатки…

Фенелла демонстративно сложила руки на груди и поджала губки.

— … однако, у нее тонкие, чуткие пальчики. В спавшиеся вены она попадает чудом. К тому же с ультразвуковым аппаратом обращается так, как будто она с ним уже в колыбельке играла, и так с ним вместе и выросла. А вы видели, какие ручищи у геологов, которых вы пригласили к нам на помощь?! Как сардельки у них пальцы, такими только породу отбивать, а не в вену попадать. Охотно верю, что они могут отбить почки, никак не проверить их ультразвуком. Я только и могу доверить этим парням стерилизацию насадок, замену аккумуляторов и обеззараживание зараженных помещений. И то уже местные пару раз жаловались на их грубость.

Айвен на несколько секунд замолчал, и король вклинился в его монолог.

— Сеньор Айвен, я не позволю своей сестре напрямую касаться зараженных чумой людей.

— Напрямую и я не позволю. Не только вашей сестре, но и никому другому. Более того, это непрофессионально. Мы работаем в противочумных костюмах с толстенными такими перчатками. Фенелле ничего не грозит.

— Кроме того, что она уколет себе палец зараженной иглой. И в этом случае ее ничто не спасет. Ваше противоядие действует медленнее, чем занесенная в кровь болезнь. Не так ли?

Айвен с удивлением воззрился на слишком хорошо осведомленного короля. Фенелла, отлично помнившая о двуличности любимого ученика прогрессора Рубио, хмыкнула.

— Да, септическая чума практически не лечится, — протянул Айвен. — В этом случае смерть неизбежна. Ну и что? Ваша сестра — принцесса из королевского дома. Умереть, спасая людей, — честь для нее. Не так ли? Или ваш девиз, девиз королей Остарии: «верен до смерти» — полная фигня?

Фенелла даже опустила руки, с любопытством вгляделась в еле различимое в сумраке покоев лицо Боэланда. Она, конечно же, не собиралась прокалывать себе палец зараженной иглой, но ей стало интересно, что король сможет возразить прогрессору.

Его величество явно затруднялся с ответом. И в полной тишине Айвен добавил.

— Как там это ваше знаменитое: «делай что должно, и будь, что будет»? Вы, король Остарии, прибыли в зараженный чумой город, следуя этому правилу. А ваша сестра — уже совсем не королева, — с вызовом и намеком на известные ему прошлые события продолжил прогрессор. — Ей не рожать стране наследника. Ее долг — не бросить своих людей.

Его величество молча барабанил пальцами по подлокотнику кресла.

— Фенелла, неужели тебе самой нравится решать, кто из заболевших людей может выжить, а кто должен умереть?! — наконец, тихо спросил он.

— Нет, ваше величество, эти вопросы решает никак не ваша сестра, а я. Или мой заместитель в смене. Молодой девушке, вы правы, такое не по силам. Фенелла только определяет степень пораженности почек. А уж на основании ее слов, мы решаем, жить или не жить человеку. С некротическими почками, поверьте, за жизнь не поборешься. Но у вашей сестры высокая скорость постановки диагноза. Скорость и точность. Как будто она видит сквозь кожу и мышцы. А это, поверьте, важно. Часто жить или не жить человеку, решают минуты.

— Хорошо, сеньор Айвен, — как-то обреченно произнес король. — Идите. А ты, Фенелла, останься. Где ты была?

— У родственников, — честно ответила девушка, дождавшись, пока довольный прогрессор закроет за собой дверь.