Книга Подсластить победы горечь, страница 127 – Татьяна Иванова

— Я рад вас видеть, мой царственный брат, — привычно солгал Боэланд, откидываясь в кресле. Началась официальная часть встречи.

Фенелла чинной статуей застыла на своей скамеечке, мысленно погрузившись в последний вечер, проведенный рядом с Сидом. Его смуглые руки, по контрасту с которыми ее кожа сияла как перламутровая. Его темные, бездонные глаза. Его вопрос: ты счастлива со мной? сорвавшийся с четко очерченных губ. Частый, не требующий ответных слов, вопрос. Ее опущенные на несколько мгновений ресницы, вздох и полуулыбка в ответ. И он стремительно склоняется к ее губам…

Из сладких воспоминаний принцессу толчком вырвало ощущение тревожной опасности, резко сгустившееся вокруг трона.

Два кубка с вином на золотом подносе, поднесенном темнокожим рабом. Один кубок для владетеля, другой — для короля. Хищный интерес в ледяных глазах Генриха Таубена. Стремительно сереющая от ужаса Диана. И не выпить такое вино — значит, оскорбить дарителя. Владетель неторопливо взял ритуальный кубок, предназначенный для него самого. Боэланд, помедлив пару секунд, протянул руку к оставшемуся на подносе сверкающему сосуду с вином. Время остановилось.

Потом Диана бросилась к подносу и перехватила королевский кубок.

— Я никогда не пила натолько легендарное вино, это ведь «Маркаб»? — поступок не просто невежливый — скандальный, но… Но никакие, даже самые шокирующие поступки землянки не могут спровоцировать военные действия между Борифатом и Остарией. Среди придворных, собравшихся на торжественном приеме, глупцов не было, мертвая тишина воцарилась в зале.

Боэланд мгновенно обхватил рукой запястье Дианы, как раз в ту секунду, когда она стремительно поднесла кубок к губам, с силой сжал пальцы и вытащил кубок из руки охнувшей от боли женщины.

— Вы собрались выпить мое вино? Как невежливо. Вернитесь на свое место.

Диана молча, с откровенной мукой смотрела ему в глаза. Не могла сказать вслух, что вино отравлено. И послушаться, отойти в сторону не могла. Король, не сводя с нее глаз, сделал глоток из кубка. Владетель, одновременно с ним, тоже глотнул ритуальный напиток.

— Я не знаю, что пьете вы, мой царственный брат, — усмехнулся король, переведя взгляд на Альрихара, — но в моем кубке действительно королевский напиток. Узнаю драгоценный Маркаб. Узнаю и благодарю вас.

Волна тревожного шепота прокатилась среди придворных. Дон Цезар в два широких шага оказался рядом со своим повелителем, явно с целью, помешать королю, допить яд из кубка. Помешать любой ценой, потому что наглеца, прервавшего ритуал мирной встречи двух властителей, ждал, по крайней мере, арест.

— Я не отказался от предложенного вами вина, но видите, как встревожены мои придворные? — спросил Боэланд у Альрихара. — Это потому, что мой отец умер как раз после кубка Маркаба. Вы слишком молоды, чтобы знать об этом, мой царственный брат, но с тех пор, — повествовательным тоном продолжил король, жестом подзывая к себе пажа, — Маркаб не принят на королевских приемах. Вы не знали, это вас извиняет.

Только теперь и Диана Ардова и начальник королевской охраны чуть успокоились. Его величество нашел возможность уклониться от ядовитого кубка. Шустрый паж, получив указание короля, исчез из глаз.

— Вино проверено на анализаторах прогрессоров, — с вызовом заявил владетель. — Я бы никогда не вручил вам отравленное вино. Вы меня оскорбляете.