Книга Ностальгия по унесенным ветром, страница 62 – Татьяна Иванова

— Доброе утро – услышала она. – О, да Вы уже при полном параде!

— Доброе утро – улыбнулась Скарлетт.

— Не слишком ли раннее время выбрали Вы для визитов, или теперь Вы гуляете по утрам, а может у Вас дела?

— Да, у меня дела – ответила она и направилась к выходу.

Когда Скарлетт приехала домой, Ретта уже не было, обедать ей пришлось в одиночестве. Не дождалась она его и к ужину. Он вернулся домой очень поздно и конечно уже знал все.

— Я поздравляю Вас, моя дорогая! Ваш новый магазин, судя по размаху, будет великолепен. Мне, как всегда, остается только снять шляпу перед Вашей самостоятельностью, которую я наблюдал в течение многих лет, да удивиться, откуда Вы взяли деньги, чтобы развернуть такое грандиозное строительство. Хотя, в сущности, удивительного здесь ничего нет, опыт показывает, что, если Вам нужны деньги, Вы достанете их где угодно и как угодно.

— Деньги я взяла у Уилла. – Сказала Скарлетт.

— Так значит, Вы решили забрать у него то, что когда-то давали?

— Нет, я взяла их взаймы. Как только начнет работать новый магазин, я стану возвращать ему деньги.

— Ну что же, из всего происходящего я делаю вывод, что ни в моих услугах, ни в деньгах Вы больше не нуждаетесь, и мне остается только пожелать Вам всяческих успехов в новом начинании.

Ретт вел беседу с деланным безразличием, но Скарлетт чувствовала, что ему что-то не нравится. Она задела его за живое и не знала, каковы будут последствия. Страх потерять его навсегда неотступно преследовал ее, и она начала уже думать, что зря заварила всю эту кашу со строительством магазина и отказом от его денег. Но, увы, отступать было поздно.

— Интересно, а как отнесся к этой Вашей затее Уилл Бентин, он ее одобрил?

— Не знаю, Уилл из тех людей, которые не задают много вопросов. Я даже не сказала ему, зачем беру деньги.

— А что же Вы сказали нашим уважаемым горожанам, которые не в пример Уиллу, пытаются совать свой нос во все дела?

— Ничего я им не сказала. Вы же знаете, что мне наплевать на них.

— А как же городские сплетни? Если я приезжаю в Атланту только ради того, чтобы не скомпрометировать Вас, чего вы очень боялись, то здесь – то, с Вашим строительством, компромат налицо!

Тут Скарлетт замешкалась. Видно, зря она сказала, что ей наплевать на горожан. Но это была единственная зацепка, ради которой она могла хотя бы изредка удерживать Ретта в городе. Однако Скарлетт твердо знала и то, что с Реттом нужно быть откровенной, а не изворотливой, ведь он видел ее насквозь, обезоруживая тем самым, а разгадав ее уловки, открыто смеялся над ней.

— Я не могу ради сплетен жить у Вас приживалкой – сказала она.

— Я должна занимать в Вашем сердце определенное место, но для меня его там не стало, и я поступила так, как должна была, как подсказало мне мое сердце. А разве Вы, Ретт, будь на моем месте, поступили бы по – другому?

Ретт посмотрел на нее очень серьезно, и в его глазах Скарлетт усмотрела некое уважение и легкую растерянность. Она не ожидала увидеть его таким, и сама растерялась, умолкнув.

— Ну что ж, это Ваше право, и я вынужден с ним считаться – сказал он, так и не ответив на вопрос, как бы поступил он на ее месте.

Почти всю ночь Скарлетт думала о их разговоре и пришла к выводу, что Ретт немедленно уедет. Ведь она, по сути дела, сама отреклась от него. А раз он приезжал в Атланту ради того, чтобы не компрометировать ее, то теперь ему и вовсе нечего тут делать.