Книга Ностальгия по унесенным ветром, страница 3 – Татьяна Иванова

Они ехали знакомой дорогой в полном молчании, если не считать редкого пререкания детей, поскрипывания колес и шума ветра, и голова Скарлетт покоилась на костлявом плече шурина.

Обычно за разговорами, когда ее вот так же встречал из Атланты Уилл, Скарлетт мало обращала внимания на дорогу и на те перемены, которые происходили в округе после войны. Она с большой заинтересованностью слушала рассказы Уилла о делах в Таре, которые волновали ее куда больше. Сейчас же, когда Скарлетт ехала молча, наоборот, все бросалось ей в глаза и она с удивлением наблюдала, что Джонсборо понемногу начал отстраиваться и с улиц городка почти исчезли обгоревшие разрушенные здания. Лавка Булларда превратилась теперь в магазин внушительных размеров. Одна его часть была рабочей и там постоянно толпился народ, привязывающий своих лошадей, как всегда, у коновязи под деревянным навесом. Другая была еще не достроена и оттуда на Скарлетт глядели лишь пустые глазницы оконных проемов.

Да, война понемногу уходила в прошлое, и люди, залечив свои самые больные раны, начинали теперь засучивать рукава. И Скарлетт, глядя на эти перемены, даже не смотря на свое горе, которое стояло у нее в горле комом, радовалась за земляков.

Сегодня Уилл приехал встречать Скарлетт в новой повозке с закрытым верхом, запряженной парой гнедых лошадей. Он приобрел ее на рождество, в качестве подарка для Съюлин, и Скарлетт ее еще не видела. Сестра давно мечтала о таком выезде, и Уилл, хоть и с большой неохотой, наконец, приобрел экипаж. Будучи экономным хозяином, Уилл считал, что лишняя роскошь для его семьи совсем не обязательна, а потому откладывал и откладывал эту давнюю просьбу жены в дальний угол – авось передумает – рассуждал он и продолжал выезжать по своим делам на старом багги. Однако Сьюлин на этот раз была неумолима и продолжала настаивать на своем, и к рождеству, Уилл, наконец, сдался, купив ей роскошный подарок.

Молодые лошади резво скакали по мокрой красной дороге, и Уилл даже не успевал придерживать их, когда на пути попадалась рытвины или ухабы. К счастью, дождь был хоть и частым, но кратковременным, а потому дорогу пока еще не размыло. А то обстоятельство, что из-под копыт резвых молодых жеребцов не летела в глаза надоедливая красная пыль, прибитая влагой к дороге, делало путь довольно сносным, даже невзирая на непогоду.

Уже смеркалось, когда из-за поворота, наконец, показалась милая сердцу подъездная аллея Тары, и увидев родной дом, Скарлетт с облегчением вздохнула. Когда они вошли в парадную, Сьюлин с детьми уже поджидала их. Дети засуетились, приветствуя Эллу и Уэйда, а Сьюлин со слезами кинулась к Скарлетт и запричитала.

— Скарлетт, что же это? Мелани, ведь она была такая хорошая, так любила всех! Я не могу в это поверить! Да как Бог мог допустить такое?! Ах, Скарлетт!

Сьюлин повисла на шее у сестры и ее слова потонули в нарастающих со всех сторон рыданиях черных. И тут в проходе показалась грузная фигура Мамушки, и Скарлетт, даже не сняв шляпы, бросилась к ней, дав наконец волю слезам.

— Мамушка, уйдем куда-нибудь, я хочу побыть одна, не могу никого видеть, я так устала!

— Пойдемте, моя голубушка, поднимемся в Вашу комнату – сказала старая нянька, снимая со Скарлетт шляпу и теплую накидку.