Книга Лотос Серебристый, страница 3 – Александра Хартманн

— Теперь ты торгуешь мной, как какой-то рабыней с рынка?!

— Я не торгую тобой, — голос отца опасно зазвенел. — Постарайся понравиться этому американцу, только и всего.

Он направился к выходу.

— Сколько ему лет? — спросила в последний момент Джия.

— Пятьдесят два, — бросил отец и вышел.

Сестра рухнула на пол и зарыдала, закрыв руками лицо.

— Это конец, Киара! Конец! — плечи ее вздрагивали.

— Нет-нет, Джи. Не говори так! — пыталась я успокоить сестру, гладя по спине. — Отец же ничего не сказал о том, что ты должна обязательно выходить замуж за этого мистера Томсона.

— Ты же знаешь его, Киара, — растирала слезы по щекам Джия, — что, если отец что-то задумал, он обязательно этого добьется.

Я не знала, что ей сказать. Как утешить. Характер Эдмонда Марэ был хорошо известен. Жесткий, иногда жестокий, беспринципный, упрямый. Возможно, именно благодаря этим качествам он и смог разбогатеть, став одним из хлопковых баронов французского Индокитая.

* * *

Ночью не спалось. Было душно. Комната пропахла благовониями, которые Пея жгла, считая что они помогают отгонять болезнь и злых духов. Я сидела на широком балконе и смотрела на огромную луну, серебрящую водную гладь. Тихо. Спать совсем не хотелось. Послышался стук.

— Не спишь? — Джия стоит в дверях, одетая в длинную до пят ночнушку.

— Конечно нет! — обрадовалась я ей.

Мы вместе легли на постель, опустив москитную сетку вокруг кровати.

— Что думаешь о завтрашнем обеде? Может, мне сбежать? — пробормотала Джия. Глаза ее опухли от долгого плача. Давно я не видела свою жизнерадостную сестру столь подавленной.

— Не плохая идея, — говорю, улыбаясь. — Только чур я с тобой.

— Сядем на паром до Индии. К тетушке Чарви поедем. Хотя нет. Она тоже сразу захочет нас с тобой замуж выдать.

— Тебя! Я еще слишком молода для брака! — бросаю озорно.

— Тоже мне молода! Всего на два года младше! Мы по меркам нашей тетушки Чарви уже старые девы! — хихикает Джия.

Мы обнялись.

— Я совсем другого хотела в жизни, Киара, — говорит уже серьезно, смотря на балдахин над нами. — Хочу уехать в Америку, стать независимой. Теперь женщине не обязательно выходить замуж, чтобы обеспечивать себя.

— А как же любовь, Джи?

Но сестра сразу рассмеялась, а я густо покраснела.

— Ты перечитала французских романов, сестренка!

— Ну хорошо. Что ты планируешь делать с этим мистером Томсоном завтра? Страшно подумать, что будет, если ты ослушаешься отца.

Глаза Джии снова погрустнели.

— Хотелось бы мне быть достаточно мужественной, чтобы бросить все, сесть на паром и уплыть далеко-далеко отсюда.

Она прижалась ко мне. Я погасила лампу и мы уснули.

* * *

— Господин, позвольте взять чаонинг Джию и Киару для участия подношения даров монахам? — спросила Пея отца, подливая ему кофе в чашку.

— Глупости, мы не исповедуем буддизм, чтобы участвовать в таких ритуалах, — резко бросил он, переворачивая газету. Во рту отец держал толстую сигару местного табака, — черти что творится на рынках. Но все же обвала не должно быть. Сегодня только говорил с Уильямсом. Он считает, что власти вмешаются и наведут порядок.

Он был в дурном расположении духа. Даниэль так и не вернулся со вчерашнего вечера.

Мы сидели за столом, завтракали. Мне очень хотелось отправиться с Пеи и другими лао в храм у реки, где сегодня будут делать подношение. Мы с матерью часто делали это, пока она была жива. При этом она сама так же не была буддисткой, но считала, что местные обычаи надо уважать. Я посмотрела на Джию, она тоже помнила те времена. И ей тоже хотелось пойти.