Книга Лотос Серебристый, страница 26 – Александра Хартманн

Вверх по реке на всей скорости плыла баржа, ее преследовали патрульные катера с французским флагом.

— Что это такое? — недоумевала я, следя за погоней.

— Преследуют опиумных контрабандистов, — сразу догадался Мишель. — Далеко не уйдут. От наших не убежишь.

Так и есть, катера уже заходили с левого борта баржи, но отчаянные лаосцы не хотели сдаваться. Рулевой резко повел баржу в сторону, и теперь она неслась прямо на наши лодки. А точнее на нас с Мишелем. Послышались крики, голоса, сирена завыла еще громче. Глаза мои расширились от ужаса, и не успев даже вскрикнуть, я упала в воду, а сверху на меня навалилась лодка, ударяя по затылку. В глазах потемнело, и я потеряла сознание.

Не было ничего перед глазами, только изредка плыли разноцветные круги, словно гало вокруг солнца. О великий Будда, я умерла? Моя жизнь оборвалась так рано? Всего в двадцать лет. Я ничего не успела. Не успела увидеть мир, не успела поплавать на большом теплоходе, не успела увидеть свадьбу Джи и понянчить ее детей. Не успела сказать Эдварду, что люблю его. Уже давно люблю. С первой встречи. С первого взгляда.

— Киара! — кто-то звал меня. — Очнись!

Медленно открываю глаза, вижу голубое небо и качающиеся надо мной стебли тростника. Фокусирую взгляд и вижу лицо. Я узнаю его. Лицо Эдварда Фейна. Его грудь быстро вздымалась, с волос и подбородка капала вода, а в глазах застыло отчаяние, такое неистовое, такое глубокое, словно он потерял весь мир.

— Почему ты так смотришь? — спрашиваю хрипло.

И тут же серые глаза меняют выражение. Теперь в них смешались сразу облегчение, растерянность, волнение.

— Киара! — восклицает Эдвард и прижимает к себе, так что у меня перехватывает дыхание.

— Что произошло?

— Ты упала в воду, — отвечает. — Можешь подняться?

— Думаю, да.

Теперь я стала приходить в себя. Мы лежали у реки среди зарослей тростника. Эдвард склонялся надо мной, мокрая рубашка прилипла к его телу, так что были видны очертания мускулов на руках. Он взял меня под плечо, второй рукой поддерживая за талию, и мы стали выбираться из тростника.

Едва мы вышли, Эдвард усадил меня на траву и стал внимательно осматривать.

— Ты видимо получила удар по голове, поэтому начала тонуть, течение отнесло тебя вниз по реке.

Он говорил и говорил, щупая пальцами мой затылок, поворачивая голову на бок. Я же была немного оглушена, чувства мои притупились. Я смотрела на свою левую босую ступню. Ну вот, мои любимые туфли. Я их потеряла. Вздыхаю.

— Киара? — позвал Эдвард, беря за подбородок и с тревогой заглядывая в глаза. — Ты в порядке?

Качаю головой. По лицу Эдварда пробегает испуг.

— Нет? Что-то болит? Говори, где.

— Левая нога, — бормочу, сама не зная что.

Эдвард тут же кидается к моей ступне и аккуратно трогает руками за тонкую лодыжку, украшенную браслетом. Зачем я его надела? Индийский браслет совсем не сочетается с современным платьем. Какая-то ерунда лезла мне в голову.

— Перелома нет, — выдохнул с облегчением Эдвард после осмотра. — Сильно болит?

— Нет, не болит.

Эдвард удивляется.

— Ты же говорила, что болит.

— Нет, просто моя туфля. Я потеряла ее.

— Туфля? — повторяет, поднимая бровь.

Долгая пауза, в течение которой глаза Эдварда меняли свое выражение от растерянности до веселой иронии.

— Ну да, — киваю как ни в чем не бывало. — Мои любимые.