Книга В тени, страница 95 – Анна Морион

— Будешь ли ты верна мне, Альенора? — не желая более церемониться, прямо спросила Анна, приподняв подбородок девушки своим тонким указательным пальцем. — Я пригласила тебя в свою свиту, буду кормить тебя со своего стола, как и всех моих фрейлин, но взамен требую преданности и услужливости. Да, и еще: сплетен обо мне, моем положении и моей семье я не потерплю.

— Моя леди, ваше приглашение ввергло меня в великую радость, а возможность служить вам я почту за великую честь. Мой отец еще не знает, что я нахожусь здесь, но, даже если он будет против, я останусь с вами и сделаю все, о чем вы меня попросите, — едва слышно, чтобы услышала одна лишь Анна, сказала Альенора. — Поверьте мне с тех пор, как я увидела вас в замке моего отца, я пала к вашим ногам и мечтала попасть в круг ваших приближенных. Вы мой кумир, леди Болейн, и никто и ничто не заставит меня предать вас, даже муки и пытки.

— Твои речи услаждают мой слух, милое дитя, — улыбнулась Анна: она не до конца поверила в искренность мисс Нортон, но поняла, что, с помощью ласки и подарков, сможет взрастить себе верную помощницу. Эту девушку легко можно будет использовать в любых ее целях, посчитала леди Болейн. — Но где ты ночевала? А впрочем, не важно. Как дочери одного из самых мудрых советников моего будущего супруга, я предоставлю тебе отдельные покои. Они не будут ни роскошными, ни большими, но тебе не придется делить их с другой девушкой.

— О, моя леди, вы бесконечны добры! — не смогла не улыбнуться в ответ Альенора.

В одно мгновение дверь покоев Анны отворилась, фрейлины вскочили на ноги и присели в глубоком реверансе.

— Мой будущий супруг пришел навестить даму своего сердца, — кокетливо объяснила Анна удивленной провинциалке.

— О, простите, моя леди! — громко шепнула мисс Нортон, обернулась к дверям и застыла в реверансе.

Поздним вечером того же дня, уже готовая отойти ко сну, Альенора получила записку от своего отца, в которой тот в строгом приказном тоне попросил ее тотчас прийти в его покои. Но строки отца ничуть не испугали опьяненную успехом девушку, и она лишь иронично усмехнулась, закуталась в свой широкий бархатный плащ и направилась за слугой лорда Нортона, через которого тот послал дочери записку. Вскоре, пройдя извилистые тайные коридоры, Альенора предстала перед очами своего родителя, хмурого, как осеннее небо.

— Ах, отец, только умоляю, не тратьте на меня свои нравоучения! — было первым, что услышал из уст дочери лорд Нортон.

Альенора ворвалась в покои отца смело и гордо. Она не имела намерений ничего объяснять и уж точно не собиралась искать себе оправданий. Пусть отец говорит, что только пожелает, пусть упрашивает или умоляет ее вернуться под защиту родного замка и крыло матери, пусть грозиться выдать ее замуж, в случае ее непослушания! Никакая сила на свете, даже сам Господь Бог не сумеет изгнать ее из стен дворца и общества прекрасной и неповторимой леди Болейн!

Пройдя в покои, девушка вольготно устроилась в кресле у зажженного камина и протянула ноги к огню, чтобы согреть их: несмотря на последний весенний месяц, царствующий за окном, во дворце было холодно, и требовалось немало поленьев, чтобы обогреть его высокие своды и огромные залы. Как кстати, что в покоях лорда Нортона можно было погреться! Ведь, кажется, покои, которые получила от Анны Альенора, долгое время стояли пустыми, а оттого воздух в них был ледяным и пропитанным сыростью, большой же камин, украшающий покои, должно быть, просто или нарочно затопить забыли.