Книга В тени, страница 116 – Анна Морион

— История достойная длинной баллады, — усмехнулся сэр Уолш. — Альенора, Господь имеет на нас, смертных, свои планы, и, несмотря на обман и недомолвки, этот план Он осуществит. Будь вы моей супругой, и случись так, что я потерял бы свою жизнь, вы могли бы выйти замуж еще раз, за любого желанного вами мужчину.

— А если бы первой в нашем браке не стало бы меня, сэр? Вы бы тоже женились повторно? — задала вопрос Альенора, такой острый, что Леонард на секунду опешил, не зная, что ответить.

— Я не допустил бы этого. Я продал бы свою душу Дьяволу, чтобы уйти первым, потому что жизнь без вас была бы мне невыносима, — тихо сказал Леонард, впервые открыв девушке свои чувства так прямо и доходчиво.

Пораженная признанием сэра Уолша, Альенора ничего не сказала, но продолжала смотреть в его красивое мужественное лицо и размышлять над его словами.

«Я люблю его… Милосердный Господь и Мать Его Дева Мария! Как же сильно я люблю его! И как же сильно я желаю стать его супругой и наслаждаться его объятьями и супружескими ласками! — вдруг пронеслось в разуме девушки, но затем она поспешно отвернула взгляд на дорогу и нахмурилась. — Но быть его женой было бы тем же самым, что заживо гореть на костре! Свои устаревшие глупые патриархальные взгляды он не изменит, а я не изменю своих! Я никогда не стану рабой мужчины! Я никогда не стану вашей послушной женушкой, Леонард!»

— Выходит, что мы, Нортоны, украли у Бригиды ее счастье, и за наш обман Бог забрал у нас Филипа! Кого Он заберет еще? Моего отца? Меня? Мы всего лишь хотели видеть нашего дорогого Филипа счастливым! Но мы поставили его счастье выше счастья Бригиды, и в этом наш грех, и нам его не смыть! — громко и с чувством прошептала Альенора.

— Глупости. Поступили вы, откровенно говоря, подло, но вашей вины в смерти Филипа нет. Он был рыцарем и погиб, как рыцарь, защищая Англию, — сухо заметил сэр Уолш. Поступок Нортонов смутил Леонарда, но он понимал, что, как бы они ни любили Бригиду, любовь к ней никогда не сможет превысить их любовь к Филипу, их плоти и крови.

— Альенора! — тихо позвал он, увидев, каким печальным стало лицо его возлюбленной. Должно быть, она приняла его слова близко к сердцу? Но ведь он не желал оскорбить или опечалить ее! — Не упрекайте себя. Не забывайте: через несколько дней мы будем гостями на веселом празднестве, и вы увидите миссис Бригиду такой счастливой, как никогда. Душа вашего брата давно покоится в Царстве Божьем, он смотрит на нас с неба и радуется вместе с нами. Ему приятно видеть, что его любимая жена вновь обрела счастье, покой и, самое главное, защиту благородного мужчины.

— Защиту мужчины… — невольно улыбнулась Альенора и взглянула на своего собеседника. — Она обрела настоящую любовь, сэр, и это самое главное!

Несмотря на первую неловкость, Леонарду все же удалось вернуть мисс Нортон улыбку и приподнять ее дух, и все последующие дни, до самого прибытия в загадочный Лейккасл она была мила и много смеялась, тем самым заставляя сердце своего поклонника биться быстрее и всерьез задумываться о том, стоит ли ему попросить у отца Альеноры ее руки.

Несмотря на то, что все придворные считали, что сэр Уолш женится на мисс Клер, делать этого он не собирался даже ради долга. Мисс Клер была прекрасной девушкой и когда-нибудь станет прекрасной супругой, ведь эту особу Господь наделил всеми нужными благородной даме чертами: она была мягка, нежна, немного глупа и во всем подчинялась своему отцу, а в браке будет подчиняться своему мужу. Но Леонард не желал ее. Он желал лишь мисс Нортон, лишь о ней он мечтал, лишь ей сочинял неловкие сонеты и писал полные страсти и загадок письма. Он мучился рядом с ней, но еще больше мучился без нее, и даже день, прошедший без ее улыбки или хотя бы взгляда на Альенору, приводил его в уныние и заставлял страдать. Его чувства к ней были так глубоки и чисты, что, если она не станет его женой, то он никогда не будет женат вовсе. Или мисс Нортон, или никто. Но как переубедить ее? Как заставить ее разделить его мысли и взгляды на брак? Леонард боялся, что это было невозможной задачей. И все же он не мог уйти, не мог оставить ее. Она нужна ему как вода, как пища, как воздух. Если не Бог связал их вместе, а сам Дьявол, пусть так оно и будет!