Онлайн книга «Невеста Обалуайе»
|
Их было, наверное, больше тысячи. Белые птицы, которые остро, пристально следили за Йанса круглыми глазами. С минуту та внимательно смотрела на цапель. Затем медленно положила свой мачете на мох. Чётко, внятно произнося слова, выговорила: — Приветствую тебя, Ийами Ошоронга. Мир эгунов подвластен мне, ориша Йанса, но я уважаю твою силу. Чем мы можем помочь друг дружке? Птицы молчали. Но Йанса была терпелива. Она ждала, опустив руки, не поднимая мачете и краем глаза украдкой осматривая озерцо и заросшие лесом берега. Ей не нравился желтоватый туман, клубящийся в зарослях. Не нравился гнилостный запах воды. Не нравилась неестественная тишина, в которой не кричали жабы и не свистели птицы. Белые цапли не отражались в воде озерца. Впрочем, это-то как раз Йанса не беспокоило: откуда взяться отражению у духов?.. Она понимала: расслабляться сейчас никак нельзя. Нельзя выпускать из виду оружие, нельзя отводить взгляд, нельзя даже перевести дыхание. Но многочасовое блуждание по взбесившемуся лесу изрядно вымотало Йанса. Перед глазами плавали зелёные пятна, на спине выступила испарина. К горлу снова волной подкатила тошнота. «Должно быть, старею… – подумала Йанса, борясь с позывами рвоты. – Ещё два года назад пятикилометровый кросс в полной выкладке ничего для меня не значил. А сейчас что?..» Однако размышлять о своих преклонных годах Йанса внезапно оказалось некогда, потому что в двух шагах от неё появилась Ийами Ошоронга. Ведьма приблизилась, тяжело ступая, хватая воздух худой, исцарапанной рукой из-под белого покрывала. Несколько позеленевших браслетов брякнули, когда Ийами откинула с лица капюшон. От неё пахло лесом и птичьим помётом. Высохшее лицо казалось отрешённым, как у всех безумных. Но жёлтые, глубоко посаженные глаза смотрели на мулатку не отрываясь, не мигая. Йанса незаметно покосилась на мачете у своих ног. «Ийами выведена из себя, кто-то рассердил её… Она хочет напасть. Дьявол, она что – не видит, кто перед ней?!» — Я не враг тебе, Ийами Ошоронга, – как можно спокойнее повторила Йанса, не отводя взгляда от пустых глаз мёртвой ведьмы. – Я – Йанса, ориша эгунов. И я не убивала твоего ребёнка. Позволь мне пройти через твой лес, чтобы… Закончить Йанса не успела: ведьма бросилась на неё. Ошосси проснулся лишь к вечеру. За окном снова сходились тучи. Сквозь разрывы тяжёлых облаков то и дело пробивался рыжий неспокойный свет. От духоты разламывался затылок. На кухне бормотало радио. Морщась от головной боли, Ошосси прислушался.
|