Онлайн книга «Звезды над обрывом»
|
— Морэ, вот ей-богу, если ничего умного сказать не можешь – лучше молчи. Симка – нашего Беркуло жена, а ты такое ей говоришь! Цыгане есть цыгане, родня есть родня. Нас и так на свете мало, чтоб друг от друга открещиваться. Симка права. У своих брать грех. Думаю, ребята, вот как сделать надо. Пойти к тому дому и узнать: правда ли Симкина сестра там живёт. Если это она… — Да как же это, Гузгано? – хмуро возразил Мирча. – Ведь только сегодня ночью дом обокрали! Что там творится-то сейчас, а? Милиция пришла, бумаги пишут… Все знают, что накануне там цыганка была, полдня высидела, значит – цыгане и украли! Да Симка к забору подойти не успеет, а её уже заберут! И повидаться с сестрой не дадут! Доказывай потом в отделении-то… Все подтверждающе закивали. Симка молча, тревожно переводила глаза с одного лица на другое. — Галда, ты сможешь этот дом показать? – поразмыслив, спросил дядя Гузган. — Могу, конечно! – пожала плечами та. – Только меня же там полдвора запомнили! И это тоже было правдой. Цыгане озадаченно молчали, глядя друг на друга. Ибриш пристально посмотрел на дядю Гузгана. Тот понял. И спросил: — Что хочешь сказать, парень? — Я могу показать тот дом, – негромко сказал Ибриш. – Меня там никто не видел и не знает. Подойдём с Симой тихонько… Коли дом не тот окажется – так о чём волноваться? Сима, ты же говоришь, что дорогу к своим помнишь? — Помню! – обрадовалась она. – И даже к самому дому подходить не надо будет! Издали узнаю! — Парень дело говорит, – одобрительно отозвался кто-то из мужчин. – Гузгано, может, так и впрямь лучше будет? В конце концов решили, что Ибриш прав. Пусть он и Симка вдвоём сходят на ту улицу и узнают наверняка: живёт там Симкина сестрица или нет. А дальше уже будет видно. Когда дядя Гузган серьёзным кивком скрепил принятое решение, все вздохнули с облегчением. Даже Симка, поправив платок, съехавший в пылу сражения почти на спину, начала тихонько улыбаться. — Ну, значит, и нечего больше сидеть, – подытожил дядя Гузган, расправляя усы. – Всё, что ли, ребята? Спать пойдём? Сам он, однако, не пошевелился. И его короткий взгляд, брошенный из-под бровей на Мирчу, заметили все цыгане. Заметили – и не поднялись с мест. Мирча передёрнул плечами. Помолчал. Не поднимая взгляда, нехотя сказал: — Прости меня, Симка. Глупостей тут наговорил. Не подумал. — Да бог с тобой, морэ, о чём и говорить! – улыбаясь, махнула рукой та. – Идите спать уже, гайдуки лихие! А кто не хочет – так у меня суп готов! Все обрадованно, с явным облегчением загомонили – и через мгновение у раздутых углей собрался кружок. Улыбающаяся Галда нарезала хлеб, маленькая Руданка тащила ведро с водой, а Сима раздавала дымящиеся супом миски. Ибриш ждал своей очереди, поглядывал на мачеху, гадая: успокоилась ли она, не будет ли больше плакать? Его раздувало от гордости: впервые ему дали слово на сходке взрослых мужиков, и он не сказал чепухи, как этот дурак Мирча, а, напротив, предложил решение, с которым согласились все. Отец, когда узнает об этом, будет горд… Скорее бы вернулся он, ей-богу! Через час Сима дала Ибришу чистую рубашку, велела умыться как следует, сама расчесала ему волосы, и по тому, как она дёргала Ибришевы космы гребешком, шёпотом называя их «овечьей шерстью», парень понял: мачеха волнуется. Сама она переоделась в праздничную красную, в голубых разводах, юбку, новый сборчатый фартук, натянула белую кофту с расшитыми тесьмой рукавами, надела серьги, кольца. Несмотря на жару, накинула любимую синюю с морозными розами шаль. Злополучное кольцо с гранатами Симка тщательно увязала в тряпочку и спрятала за пазуху. |