Книга Креолка. Тайна аристократки, страница 15 – Шерил Сойер

— Делай, что хочешь, она может и дня не прожить. Унеси ее.

Таким образом, Айша, удочеренная Лори, стала рабыней, как и все дети матерей-рабынь. Удивительно, но девочка выжила, выросла и стала работать на плантации.

Девушка рядом с Айшой коснулась ее руки и усмехнулась.

— Посмотри, кто идет.

По дорожке, проложенной в сахарном Тростнике, быстро двигалась высокая черная фигура. Жозеф. Айша встала, и несколько засохших цветов выпали из ее рук. Жозефа послали за ней. Айша почувствовала его взгляд еще до того, как он приблизился к ней. Находясь почти рядом с девушкой, Жозеф заговорил с Голо. Тот что-то сердито ответил и направился к Айше.

— Мадемуазель Антуанетта хочет видеть тебя, — сообщил Голо. — Не так быстро, — сказал он, когда Айша рванулась с места. Голо показал туда, где сидела Мели, наполовину прикрытая сахарным тростником.

— Уведи отсюда эту бесполезную женщину.

Айша кивнула. Жозеф тут же подошел к ним, и вместе они поставили Мели на ноги. Лицо несчастной посерело, она прерывисто дышала и едва замечала Айшу. Ухватившись за мускулистую руку Жозефа, Мели тяжело оперлась на него. Поддерживая Мели под локоть, Айша помогала вести ее по разрыхленной земле. Странно выглядели эти трое, двигавшиеся по коричневой тропинке. Высокий, широкоплечий мужчина, крошечная согнувшаяся Мели и стройная молодая женщина в белом платье и головном уборе, отражавшими солнечный свет.

Айша радовалась, что ее вызвали в дом к мадемуазель Антуанетте. Однако что-то настораживало девушку. У Жозефа были еще какие-то новости. Она догадалась об этом, увидев, как плотно сжаты его губы, и по тем взглядам, которые он время от времени бросал на нее поверх головы Мели. В конце концов, внимательно посмотрев в пустые глаза Мели, Айша решила, что в таком состоянии та не услышит их.

— Жозеф, надолго ли я нужна мадемуазель?

— Не знаю. Хорошо, если нам удастся встретиться днем. — Он быстро посмотрел на Мели. — Но я иду работать к берегу. Сегодня ночью?

Айша покачала головой:

— Я нужна матери. Мы будем с Ниа.

— Тебя вызвали в дом, и хозяин хочет, чтобы ты была там завтра. Мишель придет за тобой утром, притворись, что ты не ждала его, но в то же время будь готова.

— Зачем они хотят видеть меня?

Жозеф пожал плечами и протянул руку к ее запястью, но тут же отдернул. Они приближались к хижинам, и вокруг были люди.

— Вот это место! — воскликнул он, и Айша, взглянув на Жозефа, увидела в его глазах отвращение.

Ее горло сжалось, и она ничего не сказала в ответ. В детстве они часами говорили о том, как ненавидят жизнь на плантации, и изобретали способы освободиться или бежать. Став взрослыми, они старались не вспоминать о безумной лихорадке, охватившей их в подростковом возрасте. Если одно бунтарское слово слетало с уст кого-то из них, другой инстинктивно замолкал, боясь дать волю гневу.

Они добрались до хижины, где отец Мели сидел на грязном полу в дверях. Увидев Мели, он с трудом поднялся на ноги. Еще более сгорбившийся, чем его дочь, он был слишком стар и слаб даже для легкой работы. Он проводил свои дни, ожидая смерти и глядя на лужайку пустыми, ничего не выражавшими глазами, кивая в ответ прохожим, приветствовавшим его.

— Мели больна, отец. Позвольте мне проводить ее в хижину.

Высунув язык и сморщившись, старик пропустил их в хижину и указал на угол, где поверх грубых бревен лежало несколько мешков. Когда Жозеф опустил Мели на спину, она застонала и закрыла лицо руками. Отец присел рядом с ней на корточки и положил руку ей под голову.