Книга Не говорите Альфреду, страница 118 – Нэнси Митфорд

— Мы привезли всю семью! – Громкие английские голоса. – Подумали, что вы не будете возражать!

Кажется, я не знала никого из них, хотя по телефону, когда они напросились в гости, прозвучало что-то о том, что в былые времена мы встречались в Монтдор-хаусе. Я старалась выглядеть радушно, но мне не терпелось пообщаться с Альфредом.

— Что будете пить?

— Дорогая моя! Жидкий огонь, если он у вас есть! Водка – именно то, что нужно! Мы полностью, целиком и абсолютно измотаны! С утра по магазинам, разумеется, чтобы только взглянуть, – цены высокие! Затем – ланч, он дорогой. Потом мы пошли навестить мадам, у которой будет квартировать Миртль, – вот тут у меня записано имя (знаете, я не смогла вспомнить его вчера по телефону). – Рытье в сумке и извлечение на свет божий помятого клочка бумаги. – Графиня де Лян-галь-лью-ир – просто язык сломаешь! Вы никогда о ней не слышали? Я лишь надеюсь, что здесь нет ничего сомнительного. Квартира на бульваре Осман не слишком чистая, и, когда мы пришли, выяснилось, что мадам ушла в полицию – сбежала одна из девушек.

— Нет, мама, вскоре оказалось, что она не сбежала. Ты хорошо знаешь, что она только ушла куда-то на ланч и забыла об этом сообщить.

— Поэтому мы увиделись с месье – зловещий маленький горбун.

— Привратник был весьма мил. – Миртль была явно намерена остаться преданной мадам при любых обстоятельствах.

— Был еще сын, он выглядел совершенно идиотичным и пугающим.

— Да, но я совсем не буду его видеть, поскольку целый день буду проводить в Сорбонне.

— В общем, когда вернулась сама мадам, мы подумали, что она довольно приятная.

— У нее была стрижка бобриком, – сказал один из мальчиков.

— А лицо у нее разумное.

Пока все это продолжалось, мужья-консерваторы выражали изумление при виде дяди Мэттью, которого хорошо знали, но он их не помнил.

— Пегги, это лорд Алконли.

— Как поживаете? Я большая подруга Дженнифер.

— Помилуйте! Что вы в ней нашли?

— У вас тут возникла маленькая неприятность сегодня днем? – говорил Альфреду второй член парламента.

— Не было причинено никакого вреда; лично я думаю, что это будет иметь хороший результат. Обеим сторонам придется занять более примирительную позицию – виноваты обе. Это может разрядить атмосферу.

— Я сам не понимаю, зачем сеять рознь из-за этих островов. Массильи^[129] рассказывал мне, что большую часть времени они покрыты водой.

— Никогда еще не бывало более бессмысленной ссоры, – заявил Альфред. – Надеюсь, что вопрос будет передан в Гаагу и мы больше о нем не услышим.

Пока все оживленно щебетали, Альфред пробормотал мне:

— Ты сказала, что Чарли и Фабрис здесь?

— Их привез дядя Мэттью.

— Как любезно со стороны старика. Где они сейчас?

— Ушли на концерт с Сиги.

— Это хорошая новость. Теперь мы должны предпринять серьезные шаги – определить их в лицей, если сможем…

Вновь появился Браун и объявил:

— Госпожа герцогиня де Советер и господин маркиз де Валюбер.

— Мы только что услышали о вашем мятеже, – произнес Шарль-Эдуар, – и зашли узнать, живы ли вы. Когда привратник сообщил, что вы дома, мы вошли. Тетя Одиль приехала в Париж на несколько дней.

— Как вы добры. – Я была в отчаянии, не зная, какие имена «прицепить» к громким консервативным голосам. К моему облегчению, всех представил друг другу Альфред. Когда он добрался до дяди Мэттью, я сказала: